Dynastic Marriage of Grand Duchess Anna Pavlovna Romanova and Prince William of Orange in Foreign Policy Ambitions of Tsar Alexander I
Table of contents
Share
Metrics
Dynastic Marriage of Grand Duchess Anna Pavlovna Romanova and Prince William of Orange in Foreign Policy Ambitions of Tsar Alexander I
Annotation
PII
S207987840008067-2-1
DOI
10.18254/S207987840008067-2
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Yury Bavykin 
Affiliation: MGIMO University
Address: Russian Federation, Moscow
Abstract

The article analyzes the dynastic marriage in 1816 between Grand Duchess Anna Pavlovna, sister of Russian Emperor Alexander I, and Prince William of Orange, successor to the Dutch throne and later, in 1840—1849 — King of the Netherlands William II, through the prism of implementation of Russian foreign policy interests. Having gained respect and fame in Europe, to a large extent due to the defeat of Napoleon in the Patriotic War of 1812, as well as to the liberation of European countries, including the Netherlands, from the French oppression, Alexander I was distinguished not only by his military genius, but also by his diplomatic talent, which helped him to turn the above-mentioned dynastic project into reality. In spite of all obstacles created by another influential power in those years — Great Britain, the plans of which to enter into dynastic alliance with the House of Orange in 1814 ended in failure, the marriage plan initiated by the Russian Emperor proved a real success. By using archival sources, most of which are of Dutch origin, the author explores the circumstances and reveals the reasons, which facilitated the successful realization of this marriage that strengthened the ties between Russia and the Netherlands for many years.

Keywords
dynastic alliance, Grand Duchess Anna Pavlovna, Prince William of Orange, an instrument of foreign policy, Emperor Alexander I, Great Britain, King William I of the Netherlands
Received
26.09.2019
Publication date
30.12.2019
Number of characters
56198
Number of purchasers
10
Views
190
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

1

Брачные союзы между правящими династиями были одним из главных дипломатических инструментов в «Европе королей» и традиционно играли важную роль в развитии международных отношений. Выгодный династический союз мог принести серьезные преимущества заключившим его государствам, и породниться с хорошим домом стремились как могущественные страны, так и менее влиятельные, что в обоих случаях усиливало их внешнеполитические позиции благодаря привилегированным отношениям с великой державой. Это в полной мере касалось России и Нидерландов. В России со времен Петра I династическая политика была ориентирована на запад, свидетельством чему являются брачные союзы его потомков с представителями многих владетельных домов Европы — Брауншвейгами, Вюртембергами, Гогенцоллернами, Гольштейн-Готторпами, Мекленбургами и другими, прежде всего германскими, домами. Европейские государи также были заинтересованы в прочных узах с богатой и могущественной Россией. Весьма важными с точки зрения династической политики Российской империи стали брачные альянсы потомков императора Павла I. Все их с императрицей Марией Федоровной десять детей (за исключением Ольги Павловны, скончавшейся в младенчестве) сочетались браком с представителями правящих и владетельных домов Европы. Таким образом Россия стремилась войти в круг европейских монархий, усилить свои позиции благодаря не только военным, но и дипломатическим победам, к которым относились удачно реализованные династические браки членов императорской семьи. В их число входит брачный союз великой княгини Анны Павловны — сестры императора Александра I — и кронпринца Нидерландов Виллема Оранского1, заключенный в 1816 г. Александр I являлся одним из главных творцов Венской системы международных отношений, которая была построена усилиями союзников по антифранцузской коалиции, единых в желании разрушить империю Бонапарта, но нацеленных, прежде всего, на реализацию собственных интересов. Крупнейшие игроки — Россия, Англия и Австрийская империя, совпадавшие в том, что касалось создания Нидерландского королевства в качестве противовеса побежденной Франции, сталкивались в борьбе за влияние в послевоенной Европе.

1. В XVII—XIX вв. практически все правители Нидерландов мужского пола именовались одинаково — Виллем Оранский (историки используют и другой вариант написания имени — Вильгельм). В данной статье речь прежде всего будет идти о таких правителях, как: 1. Виллем V (1748—1806), статхаудер Республики Соединенных провинций (1751—1795), принц Оранский (1795—1806); 2. Виллем Фредерик (1772—1843), старший сын Виллема V, наследный принц Оранский (до 1806 г.), принц Оранский (1806 — декабрь 1813), суверенный государь Нидерландов (декабрь 1813 — март 1815), король Нидерландов Виллем I (март 1815 — октябрь 1840); 3. Виллем (1792—1849), старший сын Виллема Фредерика, наследный принц Оранский (до марта 1815 г.), принц Оранский (март 1815 — октябрь 1840), король Нидерландов Виллем II (октябрь 1840 — март 1849).
2 Цель данной статьи — проанализировать российско-нидерландский династический союз в качестве инструмента реализации внешней политики Александра I, на основе архивных, в первую очередь нидерландских источников, выяснить обстоятельства, интересы и мотивы, стоявшие за идеей этого альянса, а также раскрыть причины успешного воплощения в жизнь данного внешнеполитического замысла российского императора.
3

В ходе исследования автор использовал целый ряд материалов, значительная часть которых впервые вводится в научный оборот отечественной историографии. Это документы из Королевского домашнего архива в Гааге2, Архива внешней политики Российской империи (АВПРИ) МИД России, Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ), Российского государственного исторического архива (РГИА) в Санкт-Петербурге, опубликованные материалы из сборника архивных документов по истории Нидерландов 1795—1840 гг., изданных в Гааге в начале XX в. голландским историком Х. Коленбрандером3, сборника документов, изданных голландскими историками Д. Херманс и Д. Хоогхимстрой «Очевидцы правления королей Нидерландов с 1813 по 1890 гг.» (2008 г.)4. В данной работе были использованы материалы биографических исследований, посвященных Анне Павловне и Виллему, книги Н. Стрижак, А. Соколова и Д. Раскина «Анна Павловна. Русская принцесса на голландском троне» (2003 г.), монографии журналистов-историков Е. Прокофьевой, М. Скуратовской и С. Анниной «Принцессы Романовы: царские дочери» (2016 г.), монографии нидерландского историка М. Дидье «Рыцарь и великая княгиня: искусство и жизнь Виллема II и Анны Павловны» (2009 г.)5, сборника писем, изданных канадским историком С. Джекманом «Отношения Романовых. Из частной корреспонденции Анны Павловны и ее семьи» (1987 г.)6. Кроме того, подробные биографические материалы о жизни и деятельности Виллема II были почерпнуты автором из научного труда голландского историка Й. ван Зантена, изданного им к 200-летию провозглашения монархии в Нидерландах «Король Виллем II: 1792—1849» (2013 г.)7.

2. Het Koninklijk Huisarchief, Den Haag (сокращенно KHA).

3. Colenbrander H. T. Gedenkstukken der Algemeene Geschiedenis van Nederland van 1795 tot 1840. Dl. 1—10. ‘s-Gravenhage, 1905—1922.

4. Hermans D., Hooghiemstra D. Ooggetuigen van de Koningen van Nederland 1813—1890. Amsterdam, 2008.

5. Didier M. De ridder en de grootvorstin: kunst en leven van Willem II en Anna Paulowna. Schoorl, 2009.

6. Jackman S. W. Romanov Relaties. Uit de prive-correspondentie van Anna Paulowna en haar familie. Baarn, 1987.

7. Van Zanten J. Koning Willem II: 1792—1849. Amsterdam, 2013.
4

Отношения между Россией и Нидерландами в период Наполеоновских войн

 

За все время нахождения Нидерландов под французским господством в конце XVIII — начале XIX в., повлекшим за собой в январе 1795 г. бегство статхаудера8 Республики Соединенных провинций9 Виллема V с семьей в Англию, Романовы поддерживали переписку с изгнанными Оранскими, а лично император Александр I на протяжении многих лет предпринимал последовательные шаги с целью свержения французского владычества в Европе и, в частности, восстановления независимости Нидерландов «под эгидой Оранского дома»10. Стоит отметить, что после присоединения Нидерландов Наполеоном к своей империи в июле 1810 г. Александр I отозвал российское посольство из Амстердама11, оставив в голландской столице лишь «консульство для коммерческих дел»12, сведя тем самым официальные контакты с «наполеоновскими» Нидерландами до минимума.

8. Статхаудер (нид. stadhouder) или штатгальтер — с XV в. должность правителя на территории Нидерландов; вначале так обозначали наместника государя в провинции, после буржуазной революции XVI в. и до конца XVIII в. — главу исполнительной власти Нидерландов.

9. Так назывались Нидерланды с 1581 по 1795 гг.

10. Рогинский В. В. Россия и освобождение Нидерландов от наполеоновского господства // Новая и Новейшая история. 1985. № 5. С. 47.

11. В 1808—1810 гг. во время правления Людовика Бонапарта (1778—1846), брата императора Наполеона, в качестве короля Голландии как резиденция правительства, так и дипломатические представительства иностранных государств располагались не в Гааге, а в Амстердаме.

12. Архив внешней политики Российской империи (АВПРИ). Ф. Канцелярия. Оп. 468. Д. 5918. Л. 5—6.
5

Нанеся сокрушительное поражение Наполеону в Отечественной войне 1812 г., российский император принял решение, во взаимодействии c союзными войсками, продолжить освободительный поход до полной победы над Наполеоном. Это дало толчок началу восстания в оккупированных Нидерландах, привело к созданию в голландских городах антинаполеоновских движений и формированию в Нидерландах временного правительства в конце 1813 г., целью которого стало достижение независимости Нидерландов и восстановление в них власти принца Оранского. 11 января 2018 г. в нидерландском городе Веессен (провинция Гелдерланд) на реке Эйссел при поддержке муниципалитета был торжественно открыт памятник работы российского скульптора А. Таратынова башкирским казакам, форсировавшим в ноябре 1813 г. реку Эйссел. Считается, что именно эта проведенная 26 ноября 1813 г. переправа послужила началом операции по освобождению Нидерландов от французов. Именно русские войска во главе с генералом А.Х. Бенкендорфом стали освободителями страны в ноябре 1813 г., что являлось частью разработанного по инициативе Александра I плана действий 6-й антифранцузской коалиции, причем сам российский император придавал освобождению Нидерландов первостепенное значение13. Благодаря действиям русского казачьего корпуса Голландия сбросила с себя «французское ярмо», это позволило принцу Оранскому вернуться на родину после 19-летнего изгнания и встать 2 декабря 1813 г. во главе Нидерландов в качестве суверенного государя14. Примечательно, что на церемонию провозглашения независимости Нидерландского королевства в Амстердам руководителями нового государства был приглашен генерал А. Х. Бенкендорф, а в составе почетного караула по ходу движения суверенного государя Виллема Фредерика на улицах Амстердама вместе с голландской милицией были выстроены русские егеря и казаки15. Освобождение Нидерландов русскими войсками придало новый импульс российско-нидерландским отношениям. Полное благодарности письмо Александру I написал 6 декабря 1813 г. суверенный государь, отметив, что «…Нидерланды вновь заняли свое место среди независимых народов Европы благодаря мужеству и победоносному оружию Вашего Императорского Величества»16.

13. Рогинский В. В. Указ. соч. С. 49.

14. На нидерландском языке в архивных документах — soevereine vorst.

15. Рогинский В. В. Указ. соч. С. 56.

16. АВПРИ. Ф. Канцелярия. Д. 6313. Л. 3 — 3 об. В. Оранский — Александру I, 6 декабря 1813 г.
6

Сыграв ключевую роль в восстановлении нидерландской государственности и национальной независимости, при этом не вмешиваясь во внутренние дела страны, Россия также оказывала поддержку принцу Оранскому по важному для него вопросу расширения территории его королевства — воссоединения с Южными Нидерландами, то есть Бельгией. Эта тема обсуждалась и на Шатильонском конгрессе в феврале — марте 1814 г., о ней говорилось и в секретных статьях Шомонского трактата 26 февраля17 (10 марта18), а также в Первом Парижском мирном договоре, подписанном 18 (30) мая 1814 г. — через 2 месяца после взятия Парижа союзными войсками, отречения Наполеона от престола и высылки его на Эльбу. Будучи главным победителем Бонапарта, Александр I считал в этой связи оправданным усиление влияния России на европейские дела и не собирался сдавать свои лидирующие позиции в Европе. Он оставался привержен идее недопущения возобновления господства Франции на континенте и в ходе Венского конгресса 1814—1815 гг. принимал в нем самое активное личное участие, добившись закрепления в Заключительном акте 9 июня 1815 г. нового, независимого Объединенного королевства Нидерландов, усиленного за счет присоединения к нему территории Бельгии и «части Герцогства Люксембургского, которая отдавалась… на вечные времена Королю Нидерландскому»19. Этому новому государству союзные державы отводили роль своеобразного буфера против возможной агрессии со стороны Франции.

17. По юлианскому стилю летоисчисления, который использовался в России до февраля 1918 г., когда Россия перешла на григорианский календарь.

18. По григорианскому стилю, применявшемуся в европейских странах. До февраля 1918 г. в российских документах для обозначения исторических событий довольно часто одновременно использовались обе даты — оба стиля летоисчисления.

19. Мартенс Ф. Собрание трактатов и конвенций, заключенных Россией с иностранными державами. Т. III. Трактаты с Австрией. СПб., 1876. С. 283—284.
7 Осознавая эту важную роль Нидерландов в постнаполеоновской Европе, Александр I был заинтересован в обеспечении в регионе российских внешнеполитических интересов. В то же время другая могущественная держава того времени — Великобритания — стремилась не упустить своего влияния в Европе и приблизить к себе Нидерланды, дабы использовать их в качестве опоры на континенте. До того, как Александр I приступил к реализации своего российско-нидерландского династического замысла, принц-регент Великобритании Георг IV20 и суверенный государь Нидерландов Виллем Фредерик активно пытались осуществить план столь выгодного для обоих брачного союза между своими детьми — принцессой Шарлоттой Уэльской и наследным принцем Виллемом Оранским. Однако, несмотря на долгие хлопоты представителей как одной, так и другой стороны по реализации брачного плана, в июне 1814 г. помолвка по инициативе Шарлотты была расторгнута и желанный для глав Англии и Нидерландов союз так и не состоялся.
20. Георг, принц Уэльский (1762—1830) — старший сын короля Великобритании и Ирландии Георга III (1738—1820). В феврале 1811 г. король лишился рассудка и был признан недееспособным, в результате чего руководить страной стал его старший сын, провозглашенный принцем-регентом. После смерти отца 29.01.1820 г. принц-регент стал королем Георгом IV.
8 Александр I прекрасно понимал, что в изменившейся после падения Наполеона Европе суверенный государь Нидерландов стремился упрочить свои позиции на континенте через династический союз с крупной державой, Великобританией. Однако, этот союз был сорван, и российский император, у которого сестры были на выданье, будучи заинтересован в закреплении своего влияния в Нидерландах, решил использовать шанс, предоставленный разрывом англо-голландской помолвки. Как утверждают некоторые историки, сестра императора, великая княгиня Екатерина Павловна, посетившая по поручению Александра I Нидерланды и Англию как раз во время подготовки брака Виллема и Шарлотты, поспособствовала этому разрыву21 для воплощения в жизнь российско-нидерландского династического проекта с целью обеспечения интересов России в этом ключевом европейском регионе на следующие поколения.
21. Didier M. Op. cit. P. 50.
9 27 июня 1814 г. наследный принц Виллем, оскорбленный отказом английской принцессы, возвратился из Лондона в Нидерланды. Встретивший его на родине отец не проявил никакого сочувствия к сыну, так как и его считал виновным в срыве своих династических планов, в которые лично суверенный государь вложил так много сил и времени на благо династии Оранских на долгие годы. Виллем Фредерик даже настаивал, чтобы сын вернулся в Лондон и спас помолвку с Шарлоттой. Однако в этот раз наследный принц отказался подчиниться отцу, поскольку испытанное им в Лондоне унижение было слишком велико, и заявил ему в письме, что «более не намерен жертвовать личным счастьем ради интересов семьи»22.
22. Van Zanten J. Op cit. P. 187.
10

Поездка Александра I в Нидерланды как начало реализации его династического замысла

 

По всей видимости, первым конкретным шагом по воплощению своего брачного плана в жизнь стал визит императора Александра I с сестрой Екатериной, пребывавшей до этого почти 3 месяца в Англии, в Нидерланды в начале июля 1814 г. Узнав в Лондоне о возможной неудаче англо-голландского династического проекта, что позже стало известно всем европейским дворам, российский император стал действовать не через главу Нидерландов, а через его сына — наследного принца Оранского, у которого были не только наилучшие впечатления от самого Александра I — главного освободителя Европы, но и сложились также теплые отношения с посетившей в начале марта 1814 г. Голландию великой княгиней Екатериной Павловной23. Эти обстоятельства, безусловно, способствовали реализации брачного плана Александра, равно как и то, что именно русские войска избавили Нидерланды от французского господства и позволили династии Оранских встать во главе освобожденного государства.

23. KHA, A 40-XII-3. “Livre de Notes” (“Записная книжка”).
11

В ходе поездки в Нидерланды Александр I весьма дружелюбно общался с наследным принцем, который, в свою очередь, открыто восхищался российским императором, в частности, 2 июля в резиденции Оранских, дворце Хёйс тен Бос в Гааге на званом бале, данном суверенным государем в честь высокого гостя24. Это не ускользнуло от внимания посла Великобритании при нидерландском дворе лорда Кланкарти, который, не скрывая своего негодования по поводу сближения двух стран, писал британскому министру иностранных дел лорду Каслри: «Во время своего пребывания в Гааге Александр I официально пригласил принца Оранского в Санкт-Петербург ближайшей зимой… Помимо великой княгини Ольденбургской (Екатерины Павловны — Ю. Б.), существует и другая великая княгиня, возраста около 20 лет, незамужняя и довольно милая, по имени Анна… Вполне вероятно, что она будет предложена в жены наследному принцу, в случае если брачный альянс с Англией потерпит поражение… Она не обременена такими проблемами, как вдовство и зрелый возраст… И скорее всего, голландцы примут это предложение…»25. Понимая, что российский император в пику Великобритании будет использовать все возможности для продвижения своих интересов в Нидерландах, при том, что отношение самого наследного принца к русскому царю только благоприятствовало этому, Кланкарти обещает в письме министру «сделать все, чтобы помешать этому союзу, будет ли он с одной или другой сестрой императора, обнажив голландцам все пороки, которые может нести с собой этот альянс с русскими…»26. Однако, как показали последующие события, происки английского двора в отношении России не возымели успеха.

24. Colenbrander H. T. Op. cit. Deel 7. Hoofdstuk I. ‘s-Gravenhage, 1914. P. 157—158.

25. Ibid. P. 158.

26. Ibidem.
12

Осуществление российско-нидерландского брачного союза

 

О том, что у императора Александра I уже во второй половине 1814 г. были определенные намерения относительно наследного принца Нидерландов, мы узнаем из письма российского посланника в Гааге К. Л. Фуля Александру I от 19 сентября (1 октября) 1814 г., в котором он сообщает, что передал в Брюсселе наследному принцу Виллему письмо от генерала А. И. Чернышёва27. Это письмо является свидетельством того, какую серьезную «обработку» будущего жениха проводила русская сторона, постоянно возвращаясь в беседах с Виллемом к сорвавшейся помолвке, растравляя его рану и одновременно «утешая» его, показывая положительные стороны ее расторжения. Таковыми были интриги Александра против Виллема-отца. Как отмечал российский посланник, «…принц признался, что его связи с принцессой Шарлоттой еще не прерваны окончательноЯ все же обрисовал перед ним неприятные последствия, с которыми он неизбежно столкнется, вступив в брак с принцессой Шарлоттой… Мне показалось, что молодой принц настроен наилучшим образом, но, как я полагаю, на него оказывает очень сильное влияние его отец, вообразивший, что может рассчитывать на всяческие блага при покровительстве Англии… Перед моим отъездом наследный принц дал мне прилагаемое при сем письмо, адресованное генералу Чернышёву, которое почитаю своим долгом предоставить Вашему Императорскому Величеству…». Как указано в примечании к публикации документа в сборнике «Внешняя политика России XIX и начала XX в.», «Письмо А. И. Чернышева и ответ на него в архиве не обнаружены. В них, по всей вероятности, шла речь о возможном браке Великой княжны Анны Павловны с наследным принцем Нидерландов»28.

27. Чернышёв Александр Иванович (1786—1857) — граф, светлейший князь (с 1841 г.), генерал от кавалерии, адъютант и доверенное лицо императоров Александра I и Николая I. В ходе Наполеоновских войн командовал партизанскими отрядами. Выполнял специальные поручения императора, в том числе по осуществлению российско-нидерландского брачного альянса. Лично сопровождал принца Оранского в ходе его первой поездки в Россию в ноябре—декабре 1815 г., что было высоко оценено как принцем, так и императором Александром I. Награжден орденом Св. Александра Невского, а также орденом Св. Владимира и Белого Орла.

28. Внешняя политика России XIX в. и начала XX в. (далее — ВПР). Документы Российского министерства иностранных дел. Серия I. Т.VIII. М., 1972. Прил. 57. С. 628—629.
13 Тем временем осенью 1814 г. начался Венский конгресс, на который ни суверенный государь Нидерландов, ни его сын Виллем не были приглашены, поскольку Нидерланды были не субъектом, а объектом политики великих держав. Судьбу Нидерландского королевства предстояло решить в их отсутствие крупным государствам. Однако, пока в Вене проходил конгресс, в Европе произошло весьма неожиданное для его участников событие — Наполеон бежал со средиземноморского острова Эльба, 1 марта 1815 г. высадился в бухте Жуан на юге Франции, а позднее вошел в Париж, снова став главой Франции. С 20 марта начался последний эпизод его правления, знаменитые «Сто дней».
14 После получения известий о бегстве Наполеона и неоднократных призывов со стороны сына и ближайших советников принять на себя королевский титул, а также учитывая соответствующее предложение стать монархом Нидерландов, прозвучавшее 28 июля 1814 г. из уст принца-регента Великобритании Георга IV29, суверенный государь Виллем Фредерик принял решение стать королем с целью придания большего веса возглавляемому им государству в случае, если возникнет необходимость вооруженного противостояния вернувшемуся на политическую арену Наполеону. 16 марта 1815 г. в Гааге, во дворце Бинненхоф, где в то время проходили заседания парламента — Генеральных Штатов, суверенный государь, не дожидаясь официального одобрения из Вены со стороны крупных держав, провозгласил себя Виллемом I — королем Объединенных Нидерландов, подразумевая под этим, что, помимо Северных, в них отныне будут входить Южные Нидерланды (Бельгия) и часть герцогства Люксембург30.
29. Colenbrander H. T. Op.cit. Hoofdstuk V. Док. 655. P. 653.

30. Под названием «Объединенные Нидерланды» имелась в виду общая территория Бургундских Нидерландов, каковыми они были во времена императора Священной Римской империи Карла V (1500—1558), а позднее — первого статхаудера Нидерландов Виллема I Оранского (1533—1584), лидера войны за независимость Нидерландов от Испании.
15 Приняв на себя монарший титул, Виллем I вступил в интенсивную и дружественную переписку с российским императором Александром I — факт, который практически не упоминается ни в зарубежных, ни в отечественных исторических работах. Проведенные автором как в российских архивах, так и в нидерландском королевском архиве исследования показали, что в XIX веке, особенно в первой его половине, государи Нидерландов, ставших королевством, очень нуждались в поддержке могущественной и авторитетной России, консультировались с российским императором и весьма ценили содействие уважаемого друга и союзника.
16 Так, на следующий день после принятия королевского титула Виллем I 17 марта 1815 г. написал из Гааги Александру I: «Считаю своим первым долгом довести до сведения Вашего Императорского Величества, что я… решил принять титул короля Нидерландов и герцога Люксембургского… Отношения дружбы и союз, существующие между нашими государствами, позволяют мне надеяться, что Вы поддержите мой шаг»31. 30 апреля (12 мая) 1815 г. российский император ответил Виллему I, что он «согласен признать принца Оранского в его новом достоинстве,… отдавая должное теплым чувствам», питаемым императором «к прославленному Оранскому дому…»32. Стоит отметить, что на тот момент границы нового нидерландского государства еще не были установлены — они будут закреплены 9 июня 1815 г. Заключительным актом Венского конгресса. С этой точки зрения содействие Александра главе Нидерландов было вдвойне востребовано.
31. АВПРИ. Оп. 468. Д. 6462. Л. 1—1.

32. Там же. Д. 6463. Л. 1—1.
17 Превращение Нидерландов в монархию повлияло на жизнь и 22-летнего наследного принца Виллема. Для него начался новый этап — из его титула исчезло слово «наследный», он стал именоваться принцем Оранским и пробыл в этом качестве целых 25 лет, став в 1840 г. после отречения отца от трона королем Виллемом II. Но, безусловно, одним из самых славных событий в его жизни, благодаря которому его назовут национальным героем, явилась битва при Ватерлоо, городке в 15 км к югу от Брюсселя. Как и тремя-четырьмя годами ранее33, принцу было суждено снова сражаться с наполеоновскими войсками под командованием герцога Веллингтона, но уже будучи в звании генерал-лейтенанта британско-нидерландских войск. В ходе решающего сражения у Ватерлоо 18 июня 1815 г. принц Оранский получил ранение в левое плечо, его унесли с поля боя. Нассауский и английский батальоны перешли в атаку. В панике французы начали отступать, в результате этого Наполеон потерпел крупное поражение. После этой битвы Бонапарт сдался британцам и был отправлен на о. Святой Елены, где и скончался 5 мая 1821 г.
33. В 1811—1813 гг. наследный принц Виллем сражался с наполеоновскими войсками в действующей армии герцога Веллингтона в Испании и Португалии.
18 Благодаря своему вкладу в одну из важнейших побед над Наполеоном принц Оранский стал поистине легендарным, в его честь стали слагать стихи, писать картины, сочинять музыкальные произведения. В равной степени это была великая победа и для голландцев, и для бельгийцев, поскольку свое решающее поражение Наполеон потерпел именно на территории Объединенного королевства Нидерландов, тогда, когда его граница была официально установлена в Заключительном акте Венского конгресса.
19 Через месяц после Ватерлоо по совету докторов с целью скорейшего заживления пулевой раны принц Оранский направился в Париж и прибыл в столицу Франции 16 июля 1815 г. Туда уже по случаю празднования окончательной победы над Наполеоном съехались ключевые европейские лидеры: российский император Александр I, австрийский император Франц I, прусский король Фридрих Вильгельм III. Как герой Ватерлоо, принц Виллем был желанным гостем на многочисленных балах, званых обедах и ужинах. 20 июля за победу при Ватерлоо Александр I наградил принца Виллема крестом Святого Георгия, а император Австрии Франц I — орденом Марии Терезии. Во время награждения Виллема Александр воспользовался церемонией, чтобы сообщить ему, что «рука и сердце его 20-летней сестры Анны свободны, она еще не помолвлена», и «этот союз был бы для обеих стран взаимовыгодным», что, по словам Й. ван Зантена, вызвало у принца настоящий интерес34. Как свидетельствуют архивные данные, с ранней молодости принц Виллем восхищался российским императором и его семьей. Так, с братом Александра I великим князем Константином Павловичем он познакомился еще в 12-летнем возрасте в Берлине в 1805 г. во время учебы в Прусском военном колледже, и позднее даже переписывался с ним. В ГАРФ имеется датированное 30 марта 1812 г. письмо от Виллема Константину Павловичу, в котором он увлеченно рассказывает великому князю о своем участии в военных действиях под командованием Веллингтона в Испании35. И хотя на момент разговора с императором Виллем с Анной лично не был знаком, он не сомневался, что сестра императора обладает прекрасными качествами, и написал отцу 30 июля 1815 г., что «вряд ли Анна будет отличаться от своих замечательных братьев и сестер»36.
34. Van Zanten J. Op. cit. P. 239.

35. ГАРФ. Москва. Ф. 728. Оп. 1. Д. 988.

36. KHA-A40-VIa-10. Принц Оранский — королю Виллему I, 30.07.1815 г.
20 Великая княгиня Анна Павловна родилась в Санкт-Петербурге 7 (18) января 1795 г. как раз в тот день, когда ее будущий супруг, двухлетний наследный принц Виллем Оранский вместе с отцом и матерью бежали из захваченных французами Нидерландов в Англию, чтобы лишь спустя 19 лет вернуться из изгнания на родину. Анна была шестой и самой младшей дочерью из десяти детей Павла Петровича и Марии Федоровны37, и в детстве больше всех была дружна с двумя младшими братьями — великими князьями Николаем, будущим императором, и Михаилом, с которыми она создала тайный детский союз «Триопатия» (союз трех душ)38. Пережив в 6-летнем возрасте смерть отца, императора Павла I, Анна вместе с матерью, вдовствующей императрицей Марией Фёдоровной, и двумя младшими братьями переехала из Санкт-Петербурга в Гатчину, а затем в Павловск39, где она и провела свое детство. В качестве гувернанток своим детям Мария Федоровна выбрала балтийских немок Юлию фон Адлерберг и Шарлотту фон Ливен40, а любимой учительницей Анны была швейцарка мадемуазель Луиза де Сибург — «милая Бурсис», как ее часто называла Анна. Именно она научила великую княгиню современным европейским языкам, а также математике и физике. Кроме того, великая княгиня довольно хорошо овладела искусством живописи41.
37. Прокофьева Е. В., Скуратовская М. В., Аннина С. А. Принцессы Романовы: царские дочери. СПб., 2016. С. 180—181.

38. Стрижак Н., Соколов А., Раскин Д. Анна Павловна. Русская принцесса на голландском троне. СПб., 2003. С. 12.

39. Didier M. Op. cit., P. 34.

40. Шарлотта фон Ливен (1742—1828) — баронесса, графиня, мать известных государственных деятелей России XIX века: Карла (1767—1847), Христофора, дипломата (1774—1838), Ивана (1775—1848). Воспитательница детей императора Павла I и Марии Федоровны. В авусте 1826 г. за заслуги Ливенов перед отечеством император Николай I присвоил Ш. фон Ливен титул Светлейшей княгини, а ее детям — Светлейших князей. Примечательно, что потомок рода Ливенов — Доминик Ливен (род. в 1952) — известный британский историк и публицист, специалист по истории России.

41. Didier M. Op.cit. P. 34.
21 Достигнув совершеннолетия, Анна стала одной из самых желанных невест для европейских королевских и императорских дворов. Немалому количеству кандидатов в мужья Анны по разным причинам пришлось отказать, среди них: младшему брату австрийского императора эрцгерцогу Антону, наследнику французского престола, племяннику французского короля Людовика XVIII Шарлю Фердинанду д’Артуа — герцогу Беррийскому (в апреле 1820 г. он будет смертельно ранен). Одной из главных причин отказа кандидатам было то, что для заключения брака с супругом-католиком Анне надлежало принять католическую веру. Самой знаменитой личностью, получившей отказ в браке с Анной, был император Наполеон. Его брачный союз с Жозефиной де Богарне был расторгнут в декабре 1809 г. по причине ее неспособности родить императору наследника, и через своего посла в Петербурге Коленкура французский император пообещал Александру I «оставить свои притязания на Польшу, если тот отдаст ему в жены свою сестру Анну»42. Узнав от сына о таком предложении французского императора, мать Александра I и Анны Мария Федоровна выразила решительный отказ, написав также в письме дочери Екатерине: «Согласиться на этот брак — значит обречь свою дочь на верную гибель… Какое несчастье было бы для этого ребенка, если бы она вышла замуж за такого изверга, для которого нет ничего святого…»43. В итоге император Александр через посла Коленкура ответил Наполеону в форме завуалированного отказа, что «он не может возражать своей матери, которая все еще оплакивает безвременную кончину двух дочерей, умерших от слишком ранних браков44 Следовательно, заключение брака с Анной… будет возможным не ранее чем через 2 года….»45. Наполеона такая отсрочка не устраивала, и он довольно быстро сделал выбор в пользу дочери императора Австрии Франца I принцессы Марии-Луизы Австрийской, обвенчавшись с ней 1 апреля 1810 г.
42. Van Zanten J. Op.cit. P. 242.

43. Великий князь Николай Михайлович. Переписка императора Александра I с сестрой, великой княгиней Екатериной Павловной. Санкт-Петербург, 1910. Мария Федоровна — дочери Екатерине Павловне, Санкт-Петербург, 23 декабря 1809 г. С. 256.

44. К тому времени Мария Федоровна пережила потерю двух старших дочерей, сестер Анны Павловны. Александра Павловна (1783—1801) вышла замуж в 15 лет, в 17 лет скончалась в г. Буда. Елена Павловна (1784—1803), вышла замуж в 14 лет, родив первого ребенка в 15 лет, в 18 лет родила второго ребенка и через полгода после этого скончалась. Кстати, внук сына Елены Павловны — Паула Фридриха Мекленбурга-Шверинга — принц Хендрик Нидерландский, супруг королевы Нидерландов Вильгельмины (1880—1962), приходившейся Анне Павловне внучкой.

45. Прокофьева Е. В., Скуратовская М. В., Аннина С. А. Указ. соч. С. 187—188.
22 23 июля 1815 г. из Парижа российский император лично обратился с письмом к отцу принца, королю Нидерландов Виллему I, с предложением брачного союза: «Я считаю себя вправе открыто объясниться с Вашим Величеством о проекте брака между наследным принцем и моей младшей сестрой, заключение которого доставило бы моей матери и мне большую радость… Подобный союз не только сулит счастье будущим супругам, но и мог бы принести существенную пользу укреплению тесных дружественных связей между нашими странами»46. Примечательно, что эту официальную просьбу Александр I направил отцу-королю лишь через 3 дня после того, как он впервые заявил о своем брачном предложении принцу Оранскому, награждая его боевым орденом. По всей видимости, российскому императору было необходимо разведать настроения принца. Что касается нидерландского короля, то он не мог не осознавать все преимущества предлагаемого альянса, который был весьма выгоден для престижа дома Оранских. Для императора Александра I политические дивиденды от заключения данного брака были также очевидны: в случае успешной реализации брака Россия получала серьезного и стратегически важного партнера в Западной Европе.
46. KHA-A40-II-5. ВПР. Т. VIII. С. 433—434.
23 В то же время некоторые голландские историки утверждают, что поначалу король Виллем I воспринял это предложение российского императора «с недовольством»47. По словам историка ван Зантена, поспешное согласие Виллема I на заманчивое предложение главы крупнейшей европейской державы могло осложнить отношения Нидерландов с Великобританией — еще свежи были воспоминания о неудавшемся брачном проекте и нидерландского короля очень волновало мнение английского двора относительно возможного российско-нидерландского альянса48. Об этом беспокойстве говорит и другой голландский историк Я. Киккерт, который прямо отмечает, что «Виллем Фредерик предпочел бы английскую или австрийскую принцессу в качестве супруги для своего старшего сына»49.
47. Van Zanten J. Op. cit. P. 240.

48. Ibidem.

49. Kikkert J. De misstappen van een koning. Willem II 1792—1849. Soesterberg, 2002. P. 57.
24 Кроме того, голландские историки Д. Херманс и Д. Хоогхимстра в своей монографии «Очевидцы правления королей Нидерландов с 1813 по 1890 гг.» также упоминают об отсутствии у Виллема I восторженной реакции на предложение российского императора о браке между Виллемом и Анной: «Если принц Оранский не сомневался насчет выгоды предложенного императором Александром союза, то его отец-король был весьма озадачен, так как намечавшийся брак его старшего сына с Анной Романовой мог усилить позиции Виллема-младшего при могущественном русском дворе, сделав его частью российской императорской фамилии, благодаря которой, в том числе, Виллем Фредерик стал королем. Тогда отцу оставалось лишь надеяться, что его сын не будет слишком зазнаваться и не забудет, «кто в доме хозяин»… Другой проблемой для короля Нидерландов могла стать Англия. Решение Виллема I заключить династический альянс с другим союзником — Россией — могло быть негативно воспринято со стороны англичан»50.
50. Hermans D., Hooghiemstra D. Op. cit. P. 66—67.
25 О происках английского двора и всевозможных попытках посла Кланкарти оказать влияние на нидерландского короля и воспрепятствовать брачному альянсу между династиями Оранских и Романовых мы узнаем из письма сопровождавшего принца Оранского генерала А.И. Чернышёва от 16 декабря 1815 г., по пути из города Мемеля51 в Санкт-Петербург. Русский генерал пишет, что Виллем I всячески задерживал отъезд сына в Россию, и не без помощи представителей Великобритании. Чернышёв сообщал императору, что «представители Англии во главе с послом Кланкарти всеми силами пытались помешать союзу с Россией… Советникам короля, преданным Англии, в том числе его послу в Лондоне Х. Фагелу, удалось встревожить короля Нидерландов возможностью ухудшения отношений с Англией в случае реализации брачного альянса с Россией… Все эти господа… под разными предлогами пытались отложить поездку принца… намереваясь в это время создать какие-либо политические инциденты… с целью разрыва этого брачного союза…»52.
51. Так до 1924 г. назывался город Клайпеда.

52. Colenbrander H. T. Op. cit. Deel 8. Hoofdstuk V. P. 584—586.
26 С другой стороны, найденные автором в архивах письма, в том числе ранее не публиковавшийся ответ короля от 30 июля 1815 г. на предложение Александра о брачном союзе, говорят о совершенно противоположном настрое короля Виллема I. Нидерландский король ответил императору: «Ваш шаг свидетельствует о неизменных чувствах дружбы между нашими государствами… Я бесконечно рад создающимся отношениям, призванным укрепить наши политические и кровные узы… и собираюсь немедленно поинтересоваться мнением моего сына Виллема»53. Ответ принца Виллема отцу не заставил себя долго ждать, и 1 августа он пишет королю: «…Я принимаю Ваше предложение с истинной благодарностью и большой радостью… В этом союзе я вижу настоящее счастье, все члены императорской фамилии… мне бесконечно нравятся… И с политической точки зрения этот брак может иметь для нас весьма счастливые последствия…»54. Обращает на себя внимание разница в отношении принца к предложению о браке с Анной по сравнению с его реакцией на предыдущий брачный проект отца: Виллем всем сердцем приветствовал возможность породниться с семьей российского императора.
53. АВПРИ. Оп. 468. Д. 6462. Л. 4.

54. Colenbrander H. T. Op. cit. Hoofdstuk V. P. 784.
27 В следующем своем письме Александру I от 4 августа 1815 г. король Виллем I «с удовлетворением» сообщил о согласии сына на предложенный брак, отметив, что он и сам «считает этот брак весьма необходимым, … и еще одним доказательством дружбы между нашими странами»55.
55. АВПРИ. Д. 6462. Л. 5.
28 Не желая испортить отношения с Великобританией, династическому альянсу с которой не суждено было состояться, 5 августа Виллем I пишет письмо в Лондон принцу-регенту Георгу: «…Его Императорское Величество выразил мне пожелание… о заключении брака между принцем Оранским и великой княгиней Анной, и мой сын уже заявил о своем согласии… Я надеюсь, что Вы одобрите мою позицию и ответ, данный мною императору Александру… Я никогда не перестану жалеть о том, что нам не удалось осуществить наш предыдущий проект, которому я придавал весьма большое значение»56.
56. Colenbrander H. T. Op. cit. Hoofdstuk I. P. 252—253.
29 Через некоторое время от принца-регента королю Виллему в Брюссель пришел ответ, в котором Георг написал, «…Я ценю чувство доверия, проявленное Вами по отношению ко мне… Со своей стороны… я полностью осознаю преимущества данного альянса, который весьма вероятно укрепит ту силу, с которой Вы с таким выдающимся упорством достигали благородной цели… Искренне желаю долгого счастья Вашему сыну, столь достойному своего короля-отца»57.
57. Ibid. P. 253.
30 В ходе своей поездки в Брюссель в сентябре 1815 г. российский император после посещения поля битвы при Ватерлоо поднял бокал «за союз государств и семей», обнявшись с королем Виллемом. Но это еще не означало окончательной договоренности о браке. Согласно принятому отцом Анны и Александра, императором Павлом I акту о престолонаследии 1797 г. «женитьбы членов императорского дома не почитать законными без дозволения Государя на оные»58. К тому же, брак с членом правящей императорской династии не мог быть совершен без одобрения старшего представителя царствующего рода Романовых — вдовствующей императрицы Марии Федоровны. Поэтому принцу Оранскому Виллему еще предстояло заручиться согласием будущей тещи на его союз с Анной, а для этого отправиться в Санкт-Петербург59.
58. РГИА. Ф. 1329. Оп. 1. Д. 191. Л. 16—17.

59. Van Zanten J. Op. cit. P. 241.
31 Вернувшись из Брюсселя в Санкт-Петербург, император Александр назвал сестре имя ее будущего супруга — принца Виллема Оранского60.
60. Прокофьева Е. В., Скуратовская М. В., Аннина С. А. Указ. соч. С. 192.
32 Реакции союзных государств на предстоящий династический союз были далеки от восторженных. Открыто с неприятием российско-нидерландского брачного альянса выступил британский министр иностранных дел Каслри, из опасения, что «это отдалит Нидерланды от сферы влияния Великобритании и расшатает существующее равновесие в Европе»61.
61. Didier M. Op. cit. P. 74.
33 28 ноября 1815 г. принц Оранский, в сопровождении большой свиты и взяв с собой 160 тыс. гульденов на расходы62 (распоряжение на это было выдано лично королем 21 октября 1815 г., согласно Королевскому домашнему архиву Гааги63), а также купив в Брюсселе обручальное кольцо для Анны, отправился в Санкт-Петербург через Франкфурт, Веймар и Берлин в сопровождении генерала А.И. Чернышёва. Путь занял у него чуть меньше месяца. В дороге принцу исполнилось 23 года. 10 декабря 1815 г. он прибыл в Берлин и предался воспоминаниям юности: в этом городе 6 лет назад Виллем обучался в Военной академии. 16 декабря принц Оранский прибыл в прусский город Мемель и написал оттуда письмо императору Александру I о том, что «надеется на долгожданную встречу 22 или 23 декабря… Это будет самый радостный момент, который решит будущее счастье моей жизни». Виллем отметил «неоценимую помощь генерала Чернышёва с самого начала пути из Гааги» и лично выразил благодарность императору Александру «за счастье путешествовать с таким компаньоном»64.
62. В переводе на нынешние деньги это порядка 750 тыс. евро (См. Van Zanten J. Op. cit. Примечание 205. P. 622).

63. KHA, A40-II-5. Док. № 35.

64. АВПРИ. Д. 6464. Л. 5.
34 22 декабря 1815 г. в 10 часов утра принц Оранский с генералом Чернышёвым приехали в Санкт-Петербург. По прибытии Виллем был принят Александром I, с которым они вместе направились к императрице-матери Марии Федоровне. Именно там он впервые увидел Анну. Сам Виллем так описывает 29 декабря 1815 г. первую встречу с невестой: «…Анна была очаровательна, … ее душа тонкая, характер честный и прямой, а сердце бесконечно чувствительное. Она изучает нидерландский язык и уже достигла в этом больших успехов, имея целью завоевать любовь страны, где она будет жить, и ее населения». Принц не скрывал своей радости по поводу того, что прибыл в Россию как раз на празднование 38-летней годовщины императора Александра — 23 декабря. Уже вместе с Анной они присутствовали на праздничном обеде у императора, а вечером того же дня на чаепитии у императрицы-матери Марии Федоровны, на котором она сказала, что «будет счастлива считать Виллема одним из своих сыновей». На грандиозном балу в Большом зале Зимнего дворца по случаю дня рождения императора, куда были приглашены сотни знатных гостей и представителей дипломатического корпуса, Виллем имел счастье «весь вечер танцевать со своей невестой», отметив после в письме родителям: «Моя невеста танцует великолепно»65. Самым замечательным являлось то, что их чувство было взаимным. Как Анна написала своему камергеру Маккею: «Это была любовь с первого взгляда»66.
65. KHA, A40-II-13.

66. Van Zanten J. Op. cit. P. 242.
35 27 декабря были определены даты обручения молодых — 28 января (9 февраля) 1816 г. и бракосочетания — 9 (21) февраля 1816 г.
36 Далее предстояла кропотливая работа полномочных представителей российского императора и нидерландского короля по согласованию положений брачного контракта. Со стороны Нидерландов, окончательный текст брачного договора составлял посланник короля Нидерландов в Санкт-Петербурге граф Т. ван Хеердт тот Эверсберг, а со стороны Российской империи — министр иностранных дел граф К.В. Нессельроде. Переговоры сторон по брачному контракту, в отличие от ситуации двухлетней давности с Шарлоттой, особых проблем не вызвали. Анна получила приданое в 1 млн рублей, сохранила право распоряжаться всем своим имуществом, и, кроме того, самый чувствительный вопрос брачного договора — вероисповедание великой княгини, ко взаимному удовлетворению, также был решен. Положениями контракта предусматривалось, что у Анны в Голландии будут своя православная часовня и православный священник. Согласно специальным статьям договора, «дети, которые родятся в браке принца и великой княгини, будут исповедовать протестантскую веру, но могут воспитываться и в русской православной традиции»67. Из этого можно сделать вывод — то, что Виллем был не католиком, а протестантом, имело для реализации брака большое значение.
67. KHA, A40-II-16, 17 (текст брачного договора).
37 28 января (9 февраля) 1816 г. в Санкт-Петербурге состоялось обручение Виллема и Анны по православному обычаю. Оно проходило в придворной церкви Зимнего дворца. По окончании ритуала в честь Анны и Виллема с Петропавловской крепости был дан 51 пушечный залп68.
68. Didier M. Op. cit. P. 75—76.
38 В той же церкви Зимнего дворца 9 (21) февраля 1816 г. состоялась и церемония бракосочетания, которая, согласно документам Королевского домашнего архива г. Гааги, была детально описана во всех основных голландских газетах того времени69. Подробно о ней повествуется и в документах, хранящихся в РГИА в Санкт-Петербурге70. Как пишет нидерландский историк Й. ван Зантен, «Бракосочетание отличалось особой роскошью и великолепием, а также сопровождалось длительной литургией… На Анне была золотая корона новобрачной, в ней она вошла в большую церковь Зимнего дворца, где уже собрались знать, аристократия, представители духовенства и военная элита»71. Церемония завершилась 101 пушечным залпом, возвестившим русскому народу о свершившемся бракосочетании. Кроме того, как было предусмотрено контрактом, в Белом зале Зимнего дворца был совершен обряд венчания молодых по протестантской традиции72.
69. KHA, A 40-II-20, 22.

70. РГИА. Ф. 469. Оп. 2. Д. 214. «О брачных торжествах Великих княгинь Екатерины, Анны и Марии Павловн, 1809—1816».

71. Van Zanten J. Op. cit. P. 245.

72. РГИА. Там же.
39 Превосходным и счастливым был медовый месяц Виллема и Анны. 4 марта 1816 г. принц писал родителям: «Мы женаты уже почти 14 дней… В нашей семье все прекрасно. Мы замечательно ладим дома… С каждым днем мы все больше любим друг друга, Анна и я, и все указывает на то, что такие отношения мы сохраним и в будущем»73.
73. KHA, A40-VIa-II.
40 6 июня 1816 г. император Александр I по случаю отбытия молодых в Нидерланды устроил в Павловске пышный прощальный праздник. Большому количеству зрителей, главными из которых были члены императорской семьи Романовых, было даровано созерцать впечатляющее театрализованное представление, воспевающее победу союзных войск над Наполеоном и, в частности, героизм супруга Анны — принца Виллема — в битве при Ватерлоо. В ходе празднеств была использована иллюминация, участники красочного представления, актеры и танцоры, приглашенные из ближайших к Павловску деревень, специально для принца выучили фольклорные голландские танцы. Однако, главным подарком праздника считалась ода, которую посвятил принцу Оранскому начинающий поэт того времени, 17-летний лицеист Александр Пушкин74. Вот ее строки:
74. Стрижак Н., Соколов А., Раскин Д. Указ. соч. C. 28—29.
41

Пред ним мятежный гром гремел,

Текли во след щиты кровавы,

Грозой он в бранной мгле летел

И разливал блистанье славы.

 

Его текла младая кровь,

На нем сияет язва чести:

Венчай, венчай его, любовь!

Достоин был он воин мести75.

75. Пушкин А. С. Собрание сочинений в 10 томах. Ранние стихотворения. 1816. Принцу Оранскому. М., 1959. С. 357—358.
42 Празднование в Павловске продолжалось всю ночь до утра 7 июня. В начале июля Виллем и Анна выехали из Санкт-Петербурга, покинули Россию, причем великая княгиня уже была беременна своим первым ребенком, наследником нидерландского трона76. 11 июля 1816 г. уже из Пруссии Виллем пишет королю-отцу: «У меня прекрасная новость, которая, я уверен, доставит Вам удовольствие. Через некоторое время моя супруга сделает Вас дедушкой. Она уже около 2 месяцев в положении»77.
76. Виллем III (1817—1890) — старший сын Анны Павловны и Виллема Оранского, король Нидерландов с 1849 по 1890 гг., прапрадед нынешнего короля Нидерландов Виллема-Александра (род. в 1967 г., вступил на престол в 2013 г.).

77. KHA, A 40-VIa-II.
43 24 августа, ко дню рождения короля Виллема I, Анна, принц Виллем и встретивший их на территории Нидерландов король прибыли в летнюю королевскую резиденцию Оранских — Дворец Хет Лоо78, а к началу сентября 1816 г. супруги Оранские торжественно въехали в столицу королевства, в Гаагу79.
78. Находится в 150 км к востоку от Гааги.

79. Бавыкин Ю. В. Интересы России в образовании королевства Нидерландов // Вестник МГИМО-Университета. 2017. № 4 (55). С. 41.
44 В Нидерландах Анне Павловне удавалось гармонично сочетать преданность и интерес к своей новой родине с бесконечной любовью к России.
45 Вот как писала брату императору Николаю I из Гааги спустя годы, 2 ноября 1830 г., сама великая княгиня: «Я очень сильно связана с этим народом эмоциональной связью, душевными чувствами, и они также питают ко мне теплые чувства, чему я нахожу подтверждения во всех классах общества и трогательные проявления которых, что достойно России, я встречаю повсюду в пути… В моем сердце царит умиротворение»80.
80. Jackman S. W. Romanov Relaties. Baarn, 1987, P. 132—133.
46 Анна Павловна стала усердно изучать нидерландский язык и историю, традиции Нидерландов, но особый интерес проявляла к истории российско-голландских связей, в т. ч. церковных. Как было обусловлено положениями брачного договора об исповедовании Анной православной веры, по приезде в Нидерланды Анна начала постройку православной часовни. Сначала она была возведена во дворце Кнётердейк в центре Гааги, который строился с 1817 по 1822 г. и где жили кронпринц и принцесса Оранская до 1840 г., когда принц и принцесса стали королем и королевой81. Православная часовня Анны Павловны была также построена и в Брюссельском королевском дворце, именно в ней находился походный иконостас, подаренный сестре императором Александром I, который в настоящее время можно увидеть в возведенном в 1937 г. на улице Обрехтстраат в Гааге Храме Святой Равноапостольной Марии Магдалины. Из России вместе с Анной Павловной в Гаагу приехал священник, который многие годы был духовником великой княгини82.
81. Didier M. Op. cit. P. 106.

82. Стрижак Н., Соколов А., Раскин Д. Указ. соч. С. 79—81.
47 8 (19) февраля 1817 г. в Брюсселе у Виллема и Анны Павловны родился первенец Виллем Александр Павел Фредерик Людовик (Виллем), названный в честь отца, деда по отцовской линии, деда по материнской линии и своего великого дяди, русского императора Александра I. Ему суждено было после смерти отца в 1849 г. стать королем Нидерландов Виллемом III (годы правления 1849 — 1890). Кстати, в качестве крестного отца новорожденного Анна и Виллем выбрали Александра I.
48 23 июля (2 августа) 1818 г. в летней резиденции Анны Павловны в Нидерландах, Сустдейке, который великая княгиня обустроила по подобию города своего детства — Павловска, на свет появился ее второй сын Виллем Александр Фредерик Константин Николай Михаил (Александр). В его имени соединились имена уже всех четырех братьев Анны: императора и великих князей83. В семье его называли на русский манер — Саша, и он был очень дружен со своим кузеном-одногодкой, тоже Сашей, нередко приезжавшим к нему погостить в Гаагу, — сыном императора Николая I, будущим российским императором Александром II.
83. Прокофьева Е. В., Скуратовская М. В., Аннина С. А. Указ. соч. С. 196.
49 В честь рождения второго сына Анны и собственного внука король Виллем I 4 сентября 1818 г. сделал своей невестке подарок — дом в г. Заандаме, в котором в 1697 г. под именем Петра Михайлова останавливался знаменитый предок Анны Павловны — русский царь Петр I, приехавший в Голландию учиться строить корабли, чтобы впоследствии создать сильный русский флот84. Домик Петра по сей день является одной из главных достопримечательностей Заандама.
84. Стрижак Н., Соколов А., Раскин Д. Указ. соч., С. 83—84. M. Didier. Op. cit., P. 97—99.
50 Вслед за Виллемом и Александром в июне 1820 г. у Анны родился третий сын — Виллем Фредерик Хендрик (Хендрик), в мае 1822 г. — Виллем Александр Фредерик Эрнст Казимир (умер в младенчестве в октябре 1822 г.), а в 1824 г. на свет появилась ее единственная дочь Вильгельмина Мария София Луиза (София), вышедшая в 1842 г. замуж за своего кузена — сына сестры Анны Павловны Марии Павловны и Великого герцога Саксен-Веймар-Эйзенахского — Карла Александра85.
85. Прокофьева Е. В., Скуратовская М. В., Аннина С. А. Указ. соч. С. 197.
51 После кончины свёкра, короля Виллема I, и восшествия на престол своего супруга Виллема II Анна Павловна, ставшая 25 сентября (7 октября) 1840 г. королевой, по словам современников, была украшением и опорой нидерландского престола86.
86. Provinciale Noordbrabantsche ‘s Hertogenbossche Courant. 07.03.1865. № 19.
52 17 марта 1849 г. король Нидерландов Виллем II скончался, оставив после себя значительную сумму долга в 4830 тыс. гульденов. 1 октября 1849 г. вдовствовавшая королева Анна Павловна написала об этом своему брату Николаю I с просьбой выкупить часть живописной коллекции супруга Виллема. Император ответил согласием, и в том числе благодаря этой родственной сделке известнейшие полотна Рембрандта, Рубенса и Ван Дейка находятся в Государственном Эрмитаже Санкт-Петербурга87.
87. Бавыкин Ю. Указ. соч., С. 41.
53 Великая княгиня скончалась 1 марта 1865 г. в возрасте 70 лет и была погребена в фамильном склепе Оранской династии в г. Делфте. В Нидерландах она пользовалась безграничным уважением в том числе потому, что в своем королевстве она основала не менее 50 приютов для бедных детей и поддерживала их образцовое состояние из собственных средств88.
88. Собко Е. М. Анна Павловна — королева Нидерландов // Вопросы истории. 2002. № 9. С. 154.
54 Династический брак представителей российского и нидерландского правящих домов на долгие годы укрепил отношения между двумя государствами.
55 Таким образом, России удалось предотвратить теснейший союз Нидерландов с Англией благодаря брачному альянсу принца и будущего короля Виллема с великой княгиней Анной Павловной и тем самым упрочить свои позиции на европейском континенте. Российская империя на долгие годы приобретала форпост на западе Европы, отстраняла Англию от монопольного преобладания в континентальной в Европе и северных морях.
56 Свидетельством прочной связи между двумя государствами и народами в XIX веке является изученная автором в российских и нидерландском архивах переписка короля Нидерландов Виллема I с российскими императорами, а также принца Оранского со своими венценосными шуринами — Александром I и Николаем I. Отличительной особенностью этой корреспонденции является то, что члены династии Оранских, вернувшиеся к правлению освобожденными Нидерландами после 19 лет изгнания, испытывали безграничное уважение к Российской империи, спасшей их страну от французского гнета, и считали необходимым спрашивать совета у российских государей на протяжении всего XIX в. по многим вопросам внешней и внутренней политики. Со своей стороны, и Александр I, и Николай I были привержены узам дружбы с Нидерландами, и, несмотря на то, что во главу угла они ставили реализацию в первую очередь своих внешнеполитических задач, решались они с безусловным учетом интересов королевства Нидерландов, которое и Александр, и Николай всегда рассматривали как близкого друга и союзника России.

References

1. Bavykin Yu. V. Interesy i rol' Rossii v obrazovanii Korolevstva Niderlandov: dinasticheskij soyuz s Oranskimi kak instrument vneshnej politiki Aleksandra I // Vestnik MGIMO-Universiteta. 2017. № 4 (55). S. 25—46.

2. Velikij knyaz' Nikolaj Mikhajlovich. Perepiska imperatora Aleksandra I s sestroj velikoj knyaginej Ekaterinoj Pavlovnoj. SPb., 1910.

3. Vneshnyaya politika Rossii XIX v. i nachala XX v. (VPR). Dokumenty Rossijskogo ministerstva inostrannykh del. Seriya I. T. VIII. Maj 1814 g. — noyabr' 1815 g. / pod red. A. L. Narochnitskogo, G. K. Deeva, N. B. Kuznetsovoj i dr. M., 1972.

4. Martens F. Sobranie traktatov i konventsij, zaklyuchennykh Rossiej s inostrannymi derzhavami. T. III. Traktaty s Avstriej. SPb., 1876.

5. Prokof'eva E. V., Skuratovskaya M. V., Annina S. A. Printsessy Romanovy: tsarskie docheri. SPb., 2016.

6. Pushkin A. S. Sobranie sochinenij v desyati tomakh. Tom pervyj. Stikhotvoreniya 1814—1822 / pod red. D. D. Blagogo, S. M. Bondi, V. V. Vinogradova i dr. M., 1959.

7. Roginskij V. V. Rossiya i osvobozhdenie Niderlandov ot napoleonovskogo gospodstva // Novaya i Novejshaya istoriya. 1985. № 5. S. 45—61.

8. Rossijskij gosudarstvennyj istoricheskij arkhiv (RGIA). SPb. F. 469, 1329.

9. Sobko E. M. Anna Pavlovna — Koroleva Niderlandov // Voprosy istorii. 2002. № 9. S. 153—155.

10. Strizhak N., Sokolov A., Raskin D. Anna Pavlovna. Russkaya printsessa na gollandskom trone. SPb., 2003.

11. Colenbrander H. T. Gedenkstukken der Algemeene Geschiedenis van Nederland van 1795 tot 1840. Dl. 7, 8. ‘s-Gravenhage. 1915.

12. Didier M. De ridder en de grootvorstin: kunst en leven van Willem II en Anna Paulowna. Schoorl, 2009.

13. Hermans D., Hooghiemstra D. Ooggetuigen van de Koningen van Nederland 1813—1890. Amsterdam, 2008.

14. Het Koninklijk Huisarchief (KHA). ‘s-Gravenhage.

15. Jackman S. W. Romanov Relaties. Uit de prive-correspondentie van Anna Paulowna en haar familie. Baarn, 1987.

16. Kikkert J. G. De misstappen van een koning. Willem II 1792—1849. Soesterberg, 2002.

17. Provinciale Noordbrabantsche ‘s Hertogenbossche Courant. ‘s-Hertogenbosch. 07.03.1865. № 19.

18. Van Zanten J. Koning Willem II: 1792—1849. Amsterdam, 2013.