The Interpretation of News about Rus’ and Bruno of Querfurt’s Mission in the Chronicle of Adémar of Chabannes
Table of contents
Share
Metrics
The Interpretation of News about Rus’ and Bruno of Querfurt’s Mission in the Chronicle of Adémar of Chabannes
Annotation
PII
S207987840008047-0-1
DOI
10.18254/S207987840008047-0
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Vasilina Sidorova 
Affiliation: Kharkevich Institute for Information Transmission Problems RAS
Address: Russian Federation, Moscow
Abstract

There is an interesting interpretation of news about the conversion of Rus’ in Ademar of Chabannes’ Chronicon. According to Ademar it was Saint Bruno of Querfurt who became the first Christian missionary and baptizer in this land as well as in Hungary and after his martyrdom the Russians “bought his body for a great price and built a monastery in his honor in Rus’”. The author knows that finally this land accepted Christianity from Constantinople and is aware of the custom in the Russian Orthodox Church “to grow a beard in the Greek fashion”. But why did Ademar think that Bruno was particularly venerated in Rus’? Bruno visited Kiev in 1007, that is mentioned in his own letter to Emperor Henry II and in some other sources. Without any doubt Bruno learnt that in the Church of the Tithes in Kiev were preserved the relics of St. Pope Clement, who was widely venerated everywhere in the West and particularly in France. It is known that the French ambassadors who negotiated the marriage of King Henri I with Anna, daughter of Great Prince Yaroslav the Wise, expressed a special interest in whether Chersonesus, where St. Clement had died, was situated within the limits of Rus’. It’s quite probable that information received by Bruno reached Angouleme in distorted form and was interpreted by Ademar in fanciful way. 

Keywords
Anna of Kiev, Bruno of Querfurt, Ademar of Chabannes, St. Clement of Rome, medieval chronicles, Glossa remensis, news distribution in the Middle Ages, Christianization of Rus’
Received
01.10.2019
Publication date
15.12.2019
Number of characters
24885
Number of purchasers
11
Views
102
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

1 В XI в. Русь была для французских хронистов далекой и практически не известной страной. В этот период единственным достоверно установленным политическим контактом между двумя государствами является династический брак, заключенный в 1051 г. между королем Генрихом I Капетингом (1031—1060), сыном Роберта II Благочестивого, и младшей дочерью Ярослава Мудрого Анной. Однако сам этот факт свидетельствует, что во Франции к этому времени уже сформировались некоторые представления о Руси, по крайней мере, связанные с ее географическим положением и обстоятельствами вхождения в семью христианских государств при князе Владимире.
2

К сожалению, древнерусские летописи ничего не сообщают о замужестве Анны, точно так же, как они ничего не сообщают о браках ее старших сестер, Елизаветы и Анастасии, выданных замуж за королей, соответственно, Норвегии и Венгрии, хотя упоминают брак Всеволода, четвертого сына Ярослава, с византийской принцессой1. Более того, ни один древнерусский текст не называет даже имена Ярославн, хотя в Софийском соборе Киева сохранилась фреска с их изображением. Это неудивительно — ведь русские тексты той эпохи, вообще, достаточно редко говорят о женщинах, даже из великокняжеской семьи. Все, что мы знаем об Анне Ярославне, известно из французских текстов, современных ее жизни или более поздних. Родив Генриху четверых детей, она намного пережила своего венценосного супруга и в дальнейшем вышла замуж вторично за одного из его вассалов, Рауля де Крепи, графа Валуа2.

1. Повесть временных лет, год 6561 (1053 от Р. Х.) // Полное собрание русских летописей. Т. 1. Ленинград, 1926. Стб. 160.

2. Hallu R. Anne de Kiev, reine de France. Roma: Editiones Universitatis catholicae Ucrainorum, 1973; Bautier R.-H. Anne de Kiev, reine de France, et la politique royale au XIe siècle: étude critique de la documentation // Revue des études slaves, 1985. Vol. 57 (4). P. 545—546; Назаренко А. В. Западноевропейские источники // Древняя Русь в свете зарубежных источников / ред. Е. А. Мельникова. М., 1999. С. 353—358; Bogomoletz W. V. Anna of Kiev: an Enigmatic Capetian Queen of the Eleventh Century, a Reassessment of Biographical Sources // French History. 2005. Vol. 19 (3). P. 299—323; Мусин А. Анна Киевская: между историографией и историей // Княжа доба: історія і культура. 2014. Вип. 8. С. 145—172; Zajac T. Gloriosa Regina or “Alien Queen”? Some Reconsiderations on Anna Yaroslavna’s Queenship (r. 1050—1075) // Royal Studies Journal (RSJ). 2016. Vol. 3 (1). P. 28—70.
3

Хотя французские источники позволяют реконструировать некоторые детали биографии Анны, они не содержат сведений об обстоятельствах заключения ее брака с Генрихом, ее жизни до приезда во Францию (мы даже не знаем год ее рождения) или подробностей о ее родине за исключением разных вариаций названия страны (Rabastia, Russia, Ruscia, Ruthenia) и имени ее отца, в том числе совсем невероятных (Oresclavus и Georgius Sclavus3, Juliusclodius4, Bullesclot, Buflesdoc5).

3. Glossa Remensis ad Psalterium Odalrici. Опубликована в: Gaiffier B. de. Odalric de Reims, ses manuscrits et les reliques de saint Clément à Cherson // Études de civilisation médiévale (IХe — XIIe siècles). Mélanges offerts à Edmond-René Labande. Poitiers, 1974. P. 315—319.

4. The Gesta Normannorum Ducum of William of Jumièges, Orderic Vitalis, and Robert of Torigni / ed. and tr. E. van Houts. Oxford, 1995. Vol. I. P. 152—153.

5. Historia regum francorum monasterii Sancti Dionysii / ed. G. Waitz // MGH SS. Bd. 9. Hannover, 1895. S. 404.
4

Древнейшие сведения о Руси, зафиксированные во Франции, содержатся в «Хронике» аквитанского монаха Адемара Шабаннского, написанной примерно в 1026—1029 гг. Помимо ценных деталей о крещении Руси, он сообщает также о руссах (russi) в составе византийского войска, одержавшего в 1018 г. победу над нормандцами в Южной Италии при Каннах (Cannae, на юг от Офанто). Хронист пишет, что нормандцы победили греков в двух или трех битвах, но в четвертой они «были повержены и уничтожены народом русь»6. Адемар мог узнать об этом эпизоде от паломников, возвращавшихся из Святой Земли через Апулию и Кампанию. В конце своего рассказа он добавляет, что после сражения при Каннах дорога на Иерусалим через Италию была перекрыта на три года, так как византийцы стали очень подозрительны ко всем путешественникам, хватали многих из них и отправляли в константинопольские темницы. Поскольку хронист также связывает с победой над нормандцами происхождение греческой поговорки «грек повозкой зайца ловит», вероятно, всю эту историю ему поведал Симеон Трирский — сицилийский грек, долго живший на Ближнем Востоке и, в конце концов, оказавшийся во Франции, а потом и в Германии. Адемар встречался с ним в Ангулеме и, судя по всему, получил от него много информации о Византии7.

6. Ademarus Cabannensis. Chronicon, III.55 / ed. P. Bourgain, R. Landes, G. Pon. Turnhout, 1999. P. 174: “Quarto congressu a gente Russorum victi et prostrati sunt et ad nichilum redacti, et innumeri, ducti Constantinopolim, usque ad exitum vite in carceribus tribulati sunt. Unde exiut proverbium: «Grecus cum carruca leporem capit». Tunc per triennium interclusa est via Jherosolime; nam propter iram Nortmannorum quicumque invenirentur peregrini, a Grecis legati Constantinopolim ducebantur, et ibi carcerati affligebantur”.

7. Wolff R. L. How the News was brought from Byzantium to Angouleme; or, the Pursuit of a Hare in an Ox Cart // Byzantine and Modern Greek Studies. 1978. Vol. 4. P. 139—189; Ferrari M. From Pilgrim’s Guide to Living Relic: Symeon of Trier and his Biographer Eberwin // Latin Culture in the Eleventh Century. Turnhout, 2002. Vol. 1. P. 325—343.
5

Возможно, Симеон также сообщил ему, что Русь приняла христианство от Константинополя. Но все же более вероятно, что Адемар получил эти сведения от кого-то из окружения Бруно Кверфуртского (ок. 970—1009), миссионера, «архиепископа язычников», проповедовавшего печенегам и пруссам. Рассказывая о миссии Бруно в Восточной Европе (1004—1009), он сообщает, что тот крестил Венгрию, а также Русь, которую аквитанский монах считает одной из областей Венгрии и, возможно, даже не соотносит со славянским миром8. Однако А. В. Назаренко предположил, что вместо aliam que следует читать aliamque, то есть «и другую, которая называется Русью»9. Согласно Адемару, спустя некоторое время «в Руссию» прибыл греческий епископ, который «обратил в христианство половину той области (provincie), которая еще поклонялась идолам, и насадил греческие обычаи: моду отпускать бороду и прочие»10. Таким образом, Адемар передвигает время крещения Руси греками на двадцать лет вперед, что никак не соответствует датировке, известной по древнерусским и византийским источникам (988—989). Его версия обращения Руси широко обсуждалась в историографии11 и не является предметом изучения в настоящей статье, цель которой заключается в том, чтобы рассмотреть другое загадочное утверждение аквитанского хрониста. По словам Адемара, после мученической смерти Бруно в земле “Pincenatorum” руссы якобы «выкупили его тело за высокую цену и построили у себя в честь него монастырь»12. С чем связано ошибочное представление Адемара о том, что Бруно особо почитался на Руси?

8. Ademarus Cabannensis. Chronicon, III. 31. P. 152: “Sanctus Brunus convertit Ungriam aliam, que vocatur Russia”.

9. Назаренко А. В. Накануне Крещения: Ярополк Святославич и Оттон II (70-е гг. Х в.) // Назаренко А. В. Древняя Русь на международных путях. М., 2001. С. 343.

10. Ademarus Cabannensis. Chronicon, III. 31. P. 153: “Post paucos dies, quidam Grecus episcopus in Russiam venit et medietatem ipsius provincie, que adhuc idolis dedita erat, convertit, et morem grecum in barba crescenda et ceteris exemplis eos suscipere fecit”.

11. Назаренко А. В. Западноевропейские источники... С. 303—317; Он же. Накануне Крещения.... С. 339—391; Baronas D. The Year 1009: St Bruno of Querfurt between Poland and Rus’ // Journal of Medieval History. 2008. Vol. 34 (1). P. 1—22; Font M. Пребывание Бруно Кверфуртского в Киеве — факты, вопросы, гипотезы // Studia Slavica Academiae Scientiarum Hungaricae. 2013. Vol. 58 (1). P. 39—48.

12. Ademarus Cabannensis. Chronicon, III. 31. P. 153: “Corpus ejus Russorum gens magno precio redemit, et in Russia monasterium ejus nomini construxerunt, magnis que miraculis coruscare cepit”.
6

Бруно Кверфуртский действительно посетил Киев по пути из Венгрии к печенегам в первой половине 1008 г. и провел там не менее месяца. Он сам сообщает об этом в письме к императору Генриху II, в котором дает отчет о своей миссии у кочевников13. Князь Владимир помог ему добраться до засечной черты, за пять месяцев Бруно удалось обратить в христианство тридцать печенегов, но затем, видимо, придя к выводу о бесперспективности своей миссии, он вернулся на Запад, а именно в Польшу, на обратном пути снова встретившись с киевским князем. Далее он отправился, следуя примеру Адальберта-Войцеха Пражского, проповедовать Евангелие пруссам, не менее закоренелым язычникам, чем печенеги, но, по крайней мере, оседлым жителям, что сулило, как он, вероятно, считал, больший успех. Однако Бруно явно не обладал даром убеждения и дипломатическими способностями, нужными для обращения в христианство целого народа. Почти сразу по прибытии к пруссам (1009) он был убит вместе с восемнадцатью спутниками. Его ученику Виберту, сопровождавшему Бруно в этой поездке, выкололи глаза, но он смог выбраться живым и около 1020 г. продиктовал рассказ о случившемся14. Титмар Мерзебургский (975—1018), который был родственником и сверстником Бруно, определяет место его гибели на границе Пруссии (Prucia) и Руси (Russia)15. Его рассказ, в целом, соответствует сообщению Кведлинбургских анналов (велись до 1025 г.), с той лишь разницей, что вместо Пруссии в них указана Литва16. И только Петр Дамиани в «Житии Блаженного Ромуальда», написанном между 1033 и 1042 гг., чей рассказ по сюжету совпадает с рассказом Виберта, полагает, что Бруно был убит на Руси братом «короля руссов» (“rex Russorum”)17. Вероятно, здесь имеет место путаница топонимов Russia и Prussia. А.В. Назаренко считает, что в рассказе Петра Дамиани, как и в свидетельстве Адемара, отразились отголоски немецкой миссии на Русь ко двору князя Ярополка Святославовича в 70-е гг. X в.18. Употребление Адемаром топонима “Pincenati”, которым часто обозначали печенегов, свидетельствует, видимо о том, что, во-первых, он плохо представлял себе географию Восточной Европы, а во-вторых, что изначально достоверная информация была понята и записана им в искаженном виде.

13. List Brunona do krόla Henryka / ed. J. Karwasińska // Monumenta Poloniae Historica. Nova series. Vol. 4. Pars 3. Warszawa, 1973. P. 97—106.

14. Wibertus. Historia de praedicatione episcopi Brunonis cum suis capellanis in Pruscia, et martirio eorum // Monumenta Poloniae Historica. Lwow, 1864. Vol. 1. P. 229—230.

15. Thietmarus Merseburgensis. Chronicon, VI. 95 // MGH SS rerum Germanicarum. NS. Vol. 9. Berlin, 1955. P. 389.

16. Annales Quedlinburgenes, a. 1009 // MGH SS. Vol. 72. Hannover, 2004. P. 527: “in confinio Rusciae et Lituae”.

17. Petri Damiani vita Beati Romualdi / ed. G. Tabacco. Roma, 1957. Cap. 27. P. 57—60.

18. Назаренко А. В. Западноевропейские источники... С. 308—313; Он же. Накануне Крещения... С. 339—391.
7

Примечательно, что и Виберт, и Петр Дамиани упоминают о монастыре или храме, построенном на месте гибели Бруно19, что крайне сомнительно, учитывая, как долго Прибалтика еще оставалась языческой. Согласно Титмару Мерзебургскому, останки Бруно и его спутников были выкуплены польским королем Болеславом II, но о строительстве церкви у саксонского хрониста речи не идет20. Сведения последнего обычно считаются наиболее достоверными, хотя иных свидетельств погребения Бруно в Польше нет.

19. Wibertus. Historia de praedicatione episcopi Brunonis. P. 230: “supra illorum corpora consructa sunt monasteria”; Petri Damiani vita Beati Romualdi. P. 60: “super corpus quoque beatissimi martiris ecclesiam construunt”.

20. Thietmarus Merseburgensis. Chronicon, VI. 95. P. 389.
8 Версию Адемара о выкупе тела и строительстве монастыря можно было бы объяснить выдумкой хрониста из далекой Аквитании. Однако рискну выдвинуть гипотезу, что представления Адемара о почитании Бруно руссами и фактически о перенесении его мощей в построенный на Руси в его честь монастырь могли быть результатом неверного истолкования дошедшей до Франции информации о нахождении мощей св. Климента Римского в Десятинной церкви в Киеве.
9

Биография св. Климента полна неясностей и противоречий — спорным остается даже вопрос о том, в чем именно состоял его подвиг, и многие отцы Церкви, например Иероним, не признавали его мучеником. Тем не менее, он, как третий после св. Петра епископ Рима и один из апостолов от семидесяти (то есть ученик учеников Христа), был одним из наиболее почитаемых святых едва ли не всего христианского мира. Достаточно сказать, что его Послание к коринфянам еще долго читалось в некоторых христианских общинах во время богослужения наряду с каноническими посланиями апостолов21. В 861 г. мощи были обретены св. Кириллом и Мефодием в Крыму, а в конце 867 — начале 868 гг. их часть была торжественно перевезена в Рим22.

21. Quasten J. Patrology. Allen (Texas): Christian Classics, 1995. Vol. I—IV. P. 50.

22. См.: Уханова Е. В. Обретение мощей св. Климента, папы Римского, в контексте внешней и внутренней политики Византии середины IX в. // Византийский временник. 2000. Т. 59 (84). С. 116.
10

Культ Климента был широко распространен во Франции, в том числе как основоположника проповеди христианства в Галлии23. Представление о его ссылке и казни в Херсонесе, где, как считается, его привязали за шею к якорю и утопили в море, отражено уже в древнейшей латинской версии его мученичества (самые ранние рукописи относятся ко второй половине VIII в.), с которой впоследствии был сделан греческий перевод24. Впервые это сочинение упоминает Григорий Турский (конец VI в.), рассказывая о двух чудесах св. Климента25. Первое связано с его подводной гробницей, точное местоположение которой, однако, не указывается. Каждый год в день памяти мученика море отступало на три мили, и желающие могли почтить останки. Одна женщина забыла там своего маленького сына во время торжеств, и его поглотили волны, но когда через год море вновь расступилось, она нашла ребенка живым и здоровым. Другое чудо произошло в Галлии, в окрестностях Лиможа, и было связано уже с реликвиями св. Климента, которые получил от некоего путника аббат Аредий Лиможский. С их помощью высохший родник снова наполнился водой.

23. Климент, сщмч., еп. Римский // Православная энциклопедия. Т. 34. М., 2014. С. 439.

24. Там же. C. 434—436.

25. Gregorius Turonensis. Liber in gloria martyrum, 35-36 // MGH. Scriptores Rerum Merovingicarum. Vol. 1. Pars. 2. Hannover, 1884. P. 60—61.
11 Адемара, который был монахом в аббатстве св. Марциала в Лиможе, эта история не могла оставить равнодушным, тем не менее, на страницах своей хроники он ничего не сообщает о мощах св. Климента, ни в связи с Херсонесом, ни в связи с Римом — он, вообще, ни разу не упоминает его имя. Русь интересовала Адемара, главным образом, с точки зрения христианизации окраинных европейских земель, принявших Евангелие почти одновременно около 1000 г.
12

Косвенно о внимании к обстоятельствам крещения Руси в окружении французского короля может свидетельствовать и выбор имени для первенца Генриха I. Считается, что под влиянием Анны Ярославны, воспитанной в традициях восточного христианства, ее старший сын, будущий король Филипп I (1052—1108), был наречен греческим именем, почти не употреблявшимся тогда на Западе, но вскоре ставшим очень популярным особенно среди знати26. Однако это имя не встречается ни среди Рюриковичей, ни среди византийских императоров, оно даже не пользовалось особой популярностью в Византии. Согласно сайту «Prosopography of the Byzantine World», охватывающему период с 1025 по 1180 гг.27 имя «Филипп» упоминается в источниках этой базы данных всего 14 раз; для сравнения «Андрей» — 30 раз, «Павел» — 47 раз, «Андроник» — 70 раз, «Симеон» — 91 раз, «Петр» — 122 раза, «Василий» — 422 раза, «Иоанн» — 1156 раз. Более логичным кажется связать выбор имени с апостолом Филиппом. Считается, что он проповедовал христианство в Скифии, где находится Херсонес28, и с которой соотносили Русь29, а также в Галлии (согласно Исидору Севильскому и Беде Достопочтенному)30. Впрочем, его культ был мало распространен за пределами Рима как на Западе, так и на Востоке31. Тем не менее, король и королева могли прислушаться к какому-то образованному клирику, посоветовавшему выбором имени подчеркнуть христианскую основу союза двух династий. Дополнительным аргументом могло явиться увлечение Анны или Генриха историей Александра Великого, набирающей популярность в эту эпоху32. Разумеется, это только предположение, которое нельзя доказать, но и невозможно опровергнуть.

26. Dunbabin J. What is in a Name? Philip, King of France // Speculum. 1993. Vol. 68. P. 949—968; Филиппов И. С. Крещение языческим именем и другие парадоксы западноевропейской антропонимии в раннее средневековье // Именослов. Историческая семантика имени / Под ред. Ф.Б. Успенского. Вып. 2. М., 2007. С. 88—115.

27. Jeffreys M. et al. Prosopography of the Byzantine World, 2016 (King’s College London, 2017) [Электронный ресурс]. URL: >>> (дата обращения: 25.09.2019).

28. Dunbabin J. What is in a Name? Philip, King of France. P. 955—956.

29. Annales Vindocinenses, et continuationes, a. 1051 // Recueil d’annales angevines et vendomoises. Paris, 1903. P. 62: “Heinricus, Francorum rex, uxorem duxit Scithicam et Ruf(s)am”.

30. Abbé Maistre. Histoires des apôtres Philippe, Barthélémy, Matthieu, Thomas et Jacques-le-mineur. Paris, 1870. P. 27—32.

31. Rose E. Ritual Memory: The Apocryphal Acts and Liturgical Commemoration in the Early Medieval West (c. 500—1215). Leiden, 2009. P. 125—129.

32. В 1-й пол. XI в. в Киеве была переведена византийская хроника Георгия Амартола, часть которой посвящена Александру. См.: Королева Е. М. Рассказ о брахманах в древнерусской и латинской версиях «Романа об Александре»: источники и модификация // Вестник ПСТГУ III: Филология. 2012. Вып. 4 (30). С. 41—58. См. также: Костюхин Е. А. Александр Македонский в литературной и фольклорной традиции. М., 1972. С. 36—45.
13

Рассказ о крещении русского князя в земле скифов мог проникнуть во Францию вместе с новостями о браке Владимира Святославича и Анны, сестры византийских императоров Василия II и Константина VIII около 988 г. Известно, что в это же время Гуго Капет посылал письмо в Византию с предложением найти «равную невесту» для своего сына, молодого короля Роберта II33. Тем временем культ св. Климента в первой пол. XI в. распространился не только на Руси, но и в Скандинавии34. Французский епископат не мог не следить за тем, какими путями христианская религия укрепляла свои позиции в новообращенных землях35. Когда в 1049 г. в Киев прибыло официальное французское посольство договариваться о браке Генриха I с Анной, возглавлявший его Шалонский епископ Роже, по просьбе приора реймсского собора Одальрика, стремился узнать, входит ли в состав Руси (Rabastia) Херсонес (Cersona), где, как пишут, покоится святой Климент, и до сих пор ли отступает море в день его рождения и можно пройти к месту его захоронения пешком. Ярослав Мудрый якобы рассказал послам, что сам привез оттуда головы Климента и его спутника Фива36. Согласно «Повести временных лет», захватив Херсонес, Владимир Святославович вывез эти мощи в Киев и поместил их в Десятинной церкви, почитая как величайшую реликвию37.

33. Lettres de Gerbert (983—997) / ed. J. Havet. Paris, 1889. P. 101—102: Epistula 111 “...est nobis unicus filius, et ipse rex, nec ei parem in matrimonio aptare possumus...”.

34. Garipzanov I. The Journey of St Clement’s Cult from the Black Sea to the Baltic Region // From Goths to Varangians. Communication and Cultural Exchange between the Baltic and the Black Sea / ed. L. Bjerg, J. H. Lind and S. M. Sindbæk. Aarhus, 2013. P. 369—380.

35. А. Мусин предположил, что Генрих I был заинтересован в союзе с норвежским конунгом Харальдом III Суровым (ок. 1015—1066), женатым на другой дочери Ярослава Мудрого, Елизавете. См. Мусин А. Анна Киевская... С. 164—166.

36. Glossa Remensis... P. 318: “deprecatus est Odalricus prepositus eundem episcopum quatinus inquirere dignaretur utrum in illis partibus Cersona esset, ubi sanctus Clemens requiscere legitur, vel si adhuc mare parciebatur die natalis ejus et pervium esset euntibus... Retulit etiam idem rex Georgius Sclavus episcopo Catalaunensi [quod ipsemet] quondam ibi perrexit, et inde secum attulit capita sanctorum Clementis et Phebi, discipuli ejus, et posuit in civitate Chion, ubi honorifice venerantur. Que etiam capita eidem episcopo ostendit”. См. также: Arrignon J.-P. Odalric, la Russie, le mariage d’Anne Jaroslavna avec Henri Ier de France et le culte de saint Clément // Un homme, un livre au XIème siècle: le prévôt Odalric et le manuscrit 15 de la Bibliothèque municipale de Reims. Reims, 2015. P. 171—178.

37. См.: Назаренко А. В. «Слово на обновление Десятинной церкви», или к истории почитания святителя Климента Римского в Древней Руси. Москва; Брюссель, 2013.
14

Вряд ли Ярослав желал приписать себе участие в этой истории, скорее послы могли запутаться в словах переводчика. Как бы то ни было, автор «Реймской глоссы» сообщает, что князь показал им реликвии, и именно от него они узнали о перенесении мощей в Киев. Но то, что явилось неожиданностью для послов французского короля, не могло быть тайной для Бруно Кверфуртского. Оказавшись в Киеве в 1008 г., он не мог не посетить Десятинную церковь, которую местные жители наверняка называли также по имени Климента. Это название передает и Титмар Мерзебургский в рассказе о похоронах князя Владимира, записанном, вероятно, со слов очевидца: «король» был погребен рядом с женой в церкви «Христова мученика и папы Климента»38. Из «Повести временных лет» следует, что Владимир был похоронен в церкви Святой Богородицы, то есть в Десятинной церкви39.

38. Thietmarus Merseburgensis. Chronicon, VII.74: “Rex… sepultus in civitate magna Cuiewa in ecclesia Christi martiris Clementis iuxta predictam coniugem suam”.

39. Повесть временных лет, год 6523 (1015 от Р. Х.). Cтб. 130.
15 Таким образом, не лишено оснований предположение о том, что сообщение о почитании Бруно Кверфуртского на Руси могло появиться у Адемара под влиянием неверно понятой информации о хранящихся в Киеве мощах св. Климента Римского. Несомненно, рассказы о подвигах Бруно были очень распространены в церковных кругах Западной Европы первой половины XI в., и отрывки сведений, полученных от самого Бруно или его спутников, претерпев многократную интерпретацию, в искаженном виде могли дойти и до Аквитании. Внимательный к новостям из далеких земель Адемар мог услышать, что русский князь привез какие-то мощи и построил для них церковь и связать эту информацию с убитым пруссами миссионером. В такой интерпретации он включил ее в свою хронику за 20 лет до того, как у других французских клириков появилась возможность ее перепроверить.

References

1. Климент, сщмч., еп. Римский // Православная энциклопедия. М., 2014. Т. 34. С. 413—462.

2. Королева Е. М. Рассказ о брахманах в древнерусской и латинской версиях «Романа об Александре»: источники и модификация // Вестник ПСТГУ III: Филология. 2012. Вып. 4 (30). С. 41—58.

3. Костюхин Е. А. Александр Македонский в литературной и фольклорной традиции. М., 1972.

4. Мусин А. Анна Киевская: между историографией и историей // Княжа доба: історія і культура. 2014. Вип. 8. С. 145—172.

5. Назаренко А. В. «Слово на обновление Десятинной церкви», или к истории почитания святителя Климента Римского в Древней Руси. Москва; Брюссель, 2013.

6. Повесть временных лет // Полное собрание русских летописей. Ленинград, 1926. Т. 1.

7. Назаренко А. В. Древняя Русь на международных путях. М., 2001.

8. Назаренко А. В. Западноевропейские источники // Древняя Русь в свете зарубежных источников / ред. Е. А. Мельникова. М., 1999. С. 259—407.

9. Уханова Е. В. Обретение мощей св. Климента, папы Римского, в контексте внешней и внутренней политики Византии середины IX в. // Византийский временник. 2000. Т. 59 (84). С. 116—128.

10. Филиппов И. С. Крещение языческим именем и другие парадоксы западноевропейской антропонимии в раннее средневековье // Именослов. Историческая семантика имени / под ред. Ф. Б. Успенского. Вып. 2. М., 2007. С. 88—115.

11. Abbé Maistre. Histoires des apôtres Philippe, Barthélémy, Matthieu, Thomas et Jacques-le-mineur. Paris, 1870.

12. Ademarus Cabannensis. Chronicon / ed. P. Bourgain, R. Landes, G. Pon. Turnhout. 1999.

13. Annales Quedlinburgenses / ed. M. Giese // MGH SS. Hannover. 2004. Vol. 72.

14. Annales Vindocinenses, et continuationes // Recueil d’annales angevines et vendomoises. Paris, 1903.

15. Arrignon J.-P. Odalric, la Russie, le mariage d’Anne Jaroslavna avec Henri Ier de France et le culte de saint Clément // Un homme, un livre au XIème siècle: le prévôt Odalric et le manuscrit 15 de la Bibliothèque municipale de Reims. Reims, 2015. P. 171—178.

16. Baronas D. The Year 1009: St Bruno of Querfurt between Poland and Rus’ // Journal of Medieval History. 2008. Vol. 34 (1). P. 1—22.

17. Bautier R.-H. Anne de Kiev, reine de France, et la politique royale au XIe siècle: étude critique de la documentation // Revue des études slaves. 1985. Vol. 57 (4). P. 539—564.

18. Bogomoletz W. V. Anna of Kiev: an Enigmatic Capetian Queen of the Eleventh Century, a Reassessment of Biographical Sources // French History. 2005. Vol. 19 (3). P. 299—323.

19. Dunbabin J. What is in a Name? Philip, King of France // Speculum. 1993. Vol. 68. P. 949—968.

20. Ferrari M. From Pilgrim’s Guide to Living Relic: Symeon of Trier and his Biographer Eberwin // Latin Culture in the Eleventh Century. Turnhout, 2002. Vol. 1. P. 325—343.

21. Font M. Пребывание Бруно Кверфуртского в Киеве — факты, вопросы, гипотезы // Studia Slavica Academiae Scientiarum Hungaricae. 2013. Vol. 58 (1). P. 39—48.

22. Gaiffier B. de. Odalric de Reims, ses manuscrits et les reliques de saint Clément à Cherson // Études de civilisation médiévale (IХe — XIIe siècles). Mélanges offerts à Edmond-René Labande. Poitiers, 1974. P. 315—319.

23. Garipzanov I. The Journey of St Clement’s Cult from the Black Sea to the Baltic Region // From Goths to Varangians. Communication and Cultural Exchange between the Baltic and the Black Sea / ed. L. Bjerg, J. H. Lind and S. M. Sindbæk. Aarhus, 2013. P. 369—380.

24. Gregorius Turonensis. Liber in gloria martyrum // MGH. Scriptores Rerum Merovingicarum. Hannover, 1884. Vol. 1. Pars. 2. S. 34—111.

25. Hallu R. Anne de Kiev, reine de France. Roma, 1973.

26. Historia regum francorum monasterii Sancti Dionysii / ed. G. Waitz // MGH SS. Hannover, 1895. Bd. 9. S. 395—406.

27. Jeffreys M. et al. Prosopography of the Byzantine World, 2016 (King’s College London, 2017) [Электронный ресурс]. URL: http://pbw2016.kdl.kcl.ac.uk (дата обращения: 25.09.2019).

28. Lettres de Gerbert (983—997) / ed. J. Havet. Paris, 1889.

29. List Brunona do krόla Henryka / ed. J. Karwasińska // Monumenta Poloniae Historica. Nova series. Warszawa, 1973. Vol. 4. Pars. 3. P. 97—106.

30. Petri Damiani vita Beati Romualdi / ed. G. Tabacco. Roma, 1957.

31. Quasten J. Patrology. Allen (Texas), 1995. Vol. I—IV.

32. Rose E. Ritual Memory: The Apocryphal Acts and Liturgical Commemoration in the Early Medieval West (c. 500—1215). Leiden, 2009. P. 125—129.

33. The Gesta Normannorum Ducum of William of Jumièges, Orderic Vitalis, and Robert of Torigni / ed. and tr. E. van Houts. Oxford, 1995. Vol. I.

34. Thietmarus Merseburgensis. Chronicon / ed. R. Holtzmann // MGH SS rerum Germanicarum. NS. Berlin, 1955. Vol. 9. P. 2—532.

35. Wibertus. Historia de praedicatione episcopi Brunonis cum suis capellanis in Pruscia, et martirio eorum // Monumenta Poloniae Historica. Lwow, 1864. Vol. 1. P. 229—230.

36. Wolff R. L. How the News was brought from Byzantium to Angouleme; or, the Pursuit of a Hare in an Ox Cart // Byzantine and Modern Greek Studies. 1978. Vol. 4. P. 139—189.

37. Zajac T. Gloriosa Regina or “Alien Queen”? Some Reconsiderations on Anna Yaroslavna’s Queenship (r. 1050—1075) // Royal Studies Journal (RSJ). 2016. Vol. 3 (1). P. 28—70.