Henry VII Tudor and His Economic Reforms
Table of contents
Share
Metrics
Henry VII Tudor and His Economic Reforms
Annotation
PII
S207987840001412-2-1
DOI
10.18254/S0001412-2-1
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Abstract
The article is devoted to the first monarch of the Tudor dynasty, and contains the description of the person of Henry, made his contemporaries (Polydor Virgil, Pedro de Ayala), and historians (F. Ch. Dietz, A. Goodman). In the article the analysis of the state of the financial system at the time of the accession of Henry Tudor to the throne, shows the continuity of its financial policy and also revealed new features of the tax system. We also consider the economic theories gained currency in Henry’s times.
Keywords
finances, direct tax, customs, Staple, firma, Star Chamber, Excheqwer, Kings Chamber
Received
15.03.2016
Publication date
14.05.2016
Number of characters
42431
Number of purchasers
26
Views
9351
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

1

Среди представителей династии Тюдоров Генрих VII был менее известен, чем Генрих VIII или Елизавета I. Однако при этом он сыграл гораздо более важную роль в создании нового типа монархии, чем любой из названных монархов. Согласно описаниям современников, Генрих VII был среднего роста, худощавый, с проницательными голубыми глазами. Он более всего любил в собственных покоях проверять и сверять приходно-расходные книги1. Оценивая его политику в сфере финансов, Ф. Ч. Диц отмечал, что Генрих являлся монархом, относящимся не к сословию рыцарей, но к сословию купцов, тем самым ученый обращал внимание на незаурядные деловые качества монарха2.

1. Ayala’s account of Henry’s recourse // The reign of Henry VII from contemporary sources. By A. F. Pollard. V. II. London, New-York, Bombay and Calcutta, 1914. P. 20.

2. Dietz F. Ch. English Government finance. 1485—1558. Illinois, 1921. P. 15.
2

О характере Генриха Полидор Вергилий написал: «Он обладал редкой силой духа, мудростью и расчетливостью. Его разум не страшился неведомого, был твердым. Казалось, в самые отчаянные моменты он сохраняет здравомыслие и хладнокровие. Память у короля была мгновенной и прочной. Его образованности и эрудиции можно позавидовать... Его отличали щедрость и доброта. Генрих всегда был внимателен к людям. Гордыня и высокомерие не были свойственны его натуре»3.

3. Vergilius, Polydorus: Historia Anglica. Leiden, 1649. Lib. XXVI. P. 718.
3

Генрих VII короновался как законный преемник короля Эдуарда IV в Вестминстере 30 октября 1485 г. Сохранилась запись сценария коронационного действия4. Несмотря на то, что корону молодой монарх принимал из рук Кардинала и архиепископа Кентерберийского, как помазанник божий, его отношения с церковью были не безоблачными. «Франко-бретонское воспитание Генриха, конечно, сказывалось. Одну из своих миссий (как короля) он видел в обновлении религиозных (духовных) властей королевства»5. Убеждения Генриха VII, очевидно, были восприняты его сыном и следующим монархом — Генрихом VIII, что привело к реформе церкви, упразднению пении святого Петра и диссолюции монастырей в 1534—1539 гг. Лорд Бэкон упоминал в своем сочинении и о случаях, когда епископства становились объектом феодального права опеки короля, и Генрих VII получал с епископств сбор «от первых фруктов»6, а также налог за вступление в права владения. Так, например, Лорд-Казначей Дворцовой палаты получил в 1492 г. 1 800 ф. ст. за восстановление прав епископа Ричарда Фокса в Батском диоцезе7. На политические взгляды Генриха VII очевидное влияние оказал его современник и незаурядный государственный деятель Джон Фортескью, считавший, что два больших несчастья современности — это могущество знати и бедность короны8.

4. Original documents, illustrative of the courts and times of Henry VII and Henry VIII selected from the private archives of his Grace the Duke of the Rutland / ed. by W. Jerdan. L., 1844. P. 1—24.

5. Goodman A. A History of England from Edward II to James I. L., 1977. P. 44.

6. В 1540 г. Генрих VIII создаст Court of First Fruits and Tenths (Департамент десятин и взносов от первого урожая) для сбора налогов с доходов священнослужителей. Согласно Парламентскому Акту 1535 г., королю за первый год выплачивался весь доход с бенефиция, а в последующие годы 1\10 от дохода.

7. Бэкон Ф. Соч. В 2 т. М., 1972. Т. 2. С. 414.

8. Tudor Constitutional Documents 1485—1603 with an historical commentary by J. R. Tanner. L.: Cambridge univ. press., 1922. P. 1.
4

В период, когда Генрих правил в Англии, происходят первые качественные изменения в европейской экономической мысли: возникает первая экономическая теория, впоследствии получившая название меркантилизма. Эпоха первоначального накопления капитала — время торговой и политической экспансии государств, Великих географических открытий и бурного развития мировой торговли. В это время широко развивается банковская деятельность, появляются торговые дома и первые монопольные объединения торговцев. Буржуазия выходит на передовые позиции в политике. Генрих VII строит финансовую политику согласно представлениям новой, современной ему теории. Деньги рассматриваются им как абсолютная форма богатства, то есть государь тем богаче, чем больше золота и серебра он имеет. Накопление богатства происходит благодаря внешней торговле или добыче благородных металлов. В качестве дополнительных мер по накоплению и удержанию богатства используется система административных запретов: иностранным купцам под страхом суровых наказаний запрещается вывозить золото и серебро из страны, а вырученные от продажи товаров деньги предписывается тратить на территории своей страны.

5

Испанский посол де Айяла в сообщении императору от 25 июля 1498 г. пишет: «Английский король менее богат, чем о том обычно говорят. Он любит, когда преувеличивают его богатство, потому что это обеспечивает уважение к нему европейских монархов. На самом деле его доход невелик и состоит в основном из поступлений от тех земель, которые он конфисковал. Поэтому он вынужден развивать и поощрять коммерцию, поскольку имеет большой доход от покровительства, оказываемого купцам и от торговых пошлин»9. Очевидно, что Генрих VII отождествлял себя и собственное благополучие с благополучием всего государства. И здесь его взгляды определяются понятием Commonwealth, которое являлось одним из наиболее излюбленных выражений, употребляемых королевскими чиновниками, подателями петиций и адвокатами середины XV в. Близким по смыслу к данному термину является выражение «общественное благо» или «политическая целесообразность», которое использовалось как эквивалент понятия государство, сочетающего в себе идеалы правосудия, правды и социальной гармонии. «Благосостояние области, или деревень и ее жителей, — писал Эдмунд Дадли в 1509 г., — можно сравнить с могучим старым деревом, растущим в сказочном поле или пастбище, тень которого является укрытием и защитой от жары и зноя для всех тварей Господних»10.

9. Ayala’s account of Henry’s resource // The reign of Henry VII from contemporary sources. Op. cit. P. 21—22.

10. Britnell R. The Closing of the Middle Ages? England: 1471—1529 “Blackwell Publishers”, 1997.
6

Что представляла собой налоговая система в дотюдоровскую эпоху, в начале XVI в.? В период правления династии Ланкастеров (1399—1471) вводились и утверждались прямые налоги, такие как десятые (с городов и королевских владений) и пятнадцатые (с деревень и местечек) части. Но, к началу правления Генриха VII этот вид налогообложения изжил себя. Доход от собираемых прямых налогов стал уменьшаться. Параллельно прямому налогообложению в дотюдоровскую эпоху стихийно формировалась система косвенных налогов в виде акцизов, пошлин, сборов11. Первой пошлиной, утвержденной парламентом, стал налог на шерсть в 1297 г. Затем, в Купеческой Хартии 1303 г., появилась пошлина на вино. Согласно Хартии, король предоставлял дополнительные привилегии (неограниченное время пребывания, отмена внутренних пошлин, право собственного суда), за которые купцы соглашались платить повышенную пошлину12. Наконец, Ордонанс Эдуарда III в 1348 г. закрепил не только пошлину на вино, но также и на все ввозимые товары в размере 6 пенсов с фунта, то есть 2,5 %13. Кроме внешних, функционировало множество внутренних пошлин: налог на строительство стен (murage), налог на мостовые (pavage), сбор при переезде через мост (pontage), причальная пошлина — на устройство причалов, торговые пошлины — на торговлю вне портовых городов14. В период правления первого монарха из династии Тюдоров начался качественно новый этап — становление и развитие упорядоченной финансовой системы, включавшей в себя не только прямые, но и косвенные налоги. Сложилась такая система, при которой контроль над финансовыми средствами почти полностью сосредоточился в руках короля и его ближайшего окружения. Королевская казна, опустошенная во времена Эдуарда IV, была восстановлена. Собственную финансовую политику Генрих VII построил на фундаменте, заложенном Ричардом III в период его краткого правления. По выражению Д. Старки, произвол и неупорядоченность налогообложения времен Войны Роз сменился установлением «королевства фискального террора»15.

11. Роджерс Т. История труда и заработной платы в Англии с XIII по XIX вв. СПб., 1899. С. 185.

12. Баранов Ю. В. Купеческие хартии в Англии в начале XIV в. // Средние века. Вып. 55. 1992.

13. Cunningham T. History of our customs, aids, subsidies, national debts and cares from William the Conqueror to the present 1761 year. L., 1761. Part I. P. 26.

14. К портовым городам (Staples) в XVI в., согласно карте, которую приводит в своей работе Х. Холл, относились следующие города: Ливерпуль, Честер, Кармартен, Бристоль, Бодмин, Плимут, Дармут, Эксетер, Мэлкомби, Пуллс, Саутгемптон, Винчестер, Чичестер, Шоршэм, Льюис, Дувр, Кэнтербери, Ипсвич, Ярмут, Норвич, Линн, Бостон, Линкольн, Халл, Ньюкассл и Бервик. Начиная с XIV в. центр стапельной торговли перемещается в Кале.

15. Starkey D. Henry, Virtuous Prince. London, 2008, chapter 16. Biography of Henry VII & VIII. P. 345.
7

В XVI в. Англия постепенно превращается в современное национальное государство, централизованное, суверенное, основывающееся на единой системе общего права. В работе «Трактат о налогах и сборах» (1662) У. Петти выводил аксиому: «чем беднее государство, тем выше налоги»16. Иначе, чем меньше государство располагает возможностями вненалоговых поступлений, тем больше оно вынуждено обременять своих граждан. В этом смысле показательным может являться тот факт, что в тюдоровскую эпоху налоги, уплачиваемые англичанами, были примерно на треть ниже, чем в соседней Голландии17.

16. Петти У. Трактат о налогах и сборах. М., 1997. С. 37.

17. Бааш. Э. История экономического развития Голландии в 16—18 вв. М., 1949. С. 78.
8

Английский исследователь А. Брэдбери выделял два основных процесса, которые свидетельствовали об экономическом росте страны при первых Тюдорах: изменение соотношения экспорта одежды и шерсти, а также изменение доли участия в налогообложении города и деревни18. Проведя сравнительный анализ, ученый делает вывод о том, что в 1524 г. налоговые ставки (прямой налог) были ниже, чем в 1334 г., когда богатые платили 12 % налогов, а бедные 15 %. Но в 1524 г. помимо недвижимости налогом облагалось и движимое имущество, то есть товары. Говоря об уменьшении общего количества налоговых сборов, Брэдбери отмечает увеличение доли уплаты налогов городами (до 69 % в Уорвикшире), ставшее следствием общего оттока населения из деревни в результате огораживаний. Некоторые города стали платить в 8—10 раз больше налогов, а наиболее быстро развивающиеся — в десятки раз больше: Вестминстер — в 43, Тивертон — в 26, Ливенхем — в 18 раз.

18. Bradbury A. R. Economic growth of England in the Later Middle Ages. Cambridge, 1956.
9

Города, зависевшие от короны, были обложены ежегодными платежами, собиравшимися шерифом. В XII—XIII вв. корона начала предоставлять городам право собирать поземельную подать — талью (tallage), а также утверждать и расширять юрисдикцию городских властей. По мере развития общегосударственной фискальной системы, городам отводилось в ней все более важное место. В Англии городские привилегии, дарованные королем, распространялись далеко неравномерно. К 1307 г. из 278 городов лишь 35 % пользовались правом самообложения, т. н. «фирмы» (firma), и иммунитетом в отношении королевских должностных лиц. Немалые доходы имела корона от дарования городских хартий и их возобновления. В английских городах, также как и в деревнях, практиковались безвозмездные захваты продовольствия и других товаров для нужд двора и королевской армии, т. н. purveyance and preemption. Города были связаны с государственной фискальной системой не только налогами. Богатые горожане, особенно купцы-экспортеры становятся кредиторами короны, часто на выгодных для них условиях: высокие проценты, иногда — право откупа на сбор таможенных пошлин19. Значительная часть крупных городов располагались на землях короны, поэтому почти все доходы с городов поступали целиком и напрямую в королевскую казну20. К началу XVI в. количество больших городов в Англии увеличилось до 26 (в основном это портовые и ярмарочные города — Staples, mart-towns); малых городов, местечек и сел насчитывалось более 17 тысяч21.

19. Hall H. F A history of the custom-revenue in England from the earliest times to the year 1827. L., 1885. Р. 65.

20. Гутнова Е. В. Город, бюргерство и феодальная монархия // Город в средневековой цивилизации Западной Европы в 4-х тт. Т. 4. М.: Наука, 2000. С. 13.

21. Штокмар В. В. Очерки по истории Англии XVI в. Л., 1957. С. 43.
10

Генрих VII реформировал систему финансовых ведомств, сложившуюся к началу его правления. Казна (Treasury), с XI в. находившаяся в Винчестере, была в подчинении Казначейства (Exchequer)22. Со второй половины XIV в. за парламентом закрепляется право утверждать, как прямые, так и косвенные налоги (статуты 1340, 1362, 1371 гг.); в конце XIV в. парламент добивается права контроля над расходованием бюджетных средств, королевских субсидий, требуя от Казначейства предоставления отчетов, т. н. Казначейские свитки (Pipe rolls). Генрих VII перераспределяет финансовые потоки так, чтобы лично их контролировать. На первый план в финансовой администрации Англии вышел лорд-казначей (Treasurer of the Chamber) и возглавляемая им Дворцовая палата (Kings Chamber). Близость к королю, собственные финансовые ресурсы, наличие компетентного штата делали палату действенным инструментом реализации королевской воли и желаний23.

22. Stubbs W. The Constitutional History of England. Oxford, 1878. Vol. 2. З. 75.

23. Казаков И. В. Становление новой монархии: аристократия и королевский двор. Автореф. дисс. канд. ист. наук. Самара, 1999. С. 65—69.
11

12

 Когда именно произошло преобразование Дворцовой палаты в главное финансовое ведомство страны? Ф. Ч. Диц определяет, что начиная с 1493 г. из списков Казначейства пропали финансовые отчеты земельных владений Уоррик и Спенсер, герцогств Корнуэлл и Ланкастер, таможен в Бервике и Кале, отчеты купцов-суконщиков и казначея монетного двора24. Хотя на протяжении царствования первого Тюдора прослеживается контроль парламента над налогообложением населения, исключением становятся личные доходы короля, отныне именующиеся как «постоянные наследуемые доходы» (гафоль — доход с королевских имений, рельеф — налог, уплачиваемый при вступлении в право наследования, доходы от прав опеки и согласий на замужество дочерей баронов, доходы от Королевского суда)25. Собственно говоря, в правление Генриха VII в Казначейство поступали небольшие суммы, за исключением тех лет, конечно, когда собирались парламентские субсидии (1488, 1492, 1497 и 1504 гг.). Ф. Ч. Диц утверждает, что в 1486 г. в Казначейство поступило 1 866 ф. ст., в 1493 г. — 3 860 ф. ст., и в 1509 — 4 717 ф. ст.26 Генрих никогда не вмешивался в официальные проверки, проводимые чиновниками Казначейства. В конце своего правления Генрих VII распорядился о составлении ежегодной декларации (Compoti), показывающей общий доход Казначейства.

24. Dietz F. Ch. English Government finance. 1485—1558. Illinois, 1921. P. 67.

25. Tudor Constitutional Documents 1485—1603 with an historical commentary by J. R. Tanner. L.: “Cambridge univ. press”, 1922. Р. 110.

26. Dietz F. Ch. English Government finance. 1485—1558. Illinois, 1921. P. 63.
13

Сохраняя прежнюю систему прямого налогообложения (в период правления Генриха VII продолжали взимать десятые и пятнадцатые части доходов с населения), монарх не стал сразу же обременять парламент просьбами о вотировании новых сумм. За двадцать четыре года своего царствования он созывал парламент семь раз, шесть из которых были созваны в период с 1485 по 1497 гг.

14

Первый парламент вотировал королю «на жизнь» грузовые и весовые сборы, а также налог на шерсть27. Обычно парламент вотировал несколько десятых и пятнадцатых частей плюс субсидии, что в сумме составляло приблизительно 160 000 ф. ст. Вот, как описывал Ф. Бэкон парламент 1485—1486 гг.: «Что касается денег, то король не счел своевременным или уместным обращаться к своим подданным с требованиями такого рода на этой сессии парламента, как потому, что он получил от них удовлетворение в вопросах столь большой важности, так и потому, что не мог вознаградить их чем-нибудь вроде общей амнистии (чему мешала непосредственно перед тем объявленная амнистия по случаю коронации); главной причиной было, однако, то, что ни для кого не было секретом, сколь велики конфискации, произведенные тогда королем в свою пользу; в связи со всем сказанным разумно было ожидать, чтобы траты короны пощадили кошельки подданных, особенно в пору, когда король в мире со всеми своими соседями. Этим парламентом было принято еще несколько законов, почти что формы ради. Один из них обязывал при натурализации платить таможенные пошлины, взимавшиеся с иностранцев, а согласно другому — конфискация и выкуп итальянских товаров в случае их неиспользования осуществлялись в пользу короля. Этими мерами пополнялась его казна, о которой он с самого начала не забывал, и он был бы в конечном счете более счастлив, если бы предусмотрительность первых лет его правления, избавлявшая его от всякой необходимости возлагать бремя налогов на народ, умерила бы и его природные наклонности в этой области»28.

27. Grant of tonnage and poundage — грузовые и весовые сборы. Tonnage облагались все ввозимые и вывозимые вина и составила 3 шил. — для иностранных купцов, и 12 пенсов для английских; Poundage — облагались все товары, кроме шерсти, кож и шкур, и составил 12 пенсов с каждых 20 шил. стоимости товара, то есть 5 %. Subsidy on wool — налог на шерсть, согласно парламентскому акту 1485 г. составил 1 ф. ст. 13 шил. 4 п. за каждый тюк (300 овечьих шкур или шерсть, полученная со стрижки 300 овец) и 3 ф. ст. 6 шил. 8 п. за каждый ласт кожи (200 кож) — для английских купцов; 3 ф. ст. 6 шил. 8 п. за каждый тюк, и 3 ф. ст. 13 шил. 4 п. за каждый ласт кожи — для иностранных купцов. Впервые эти пошлины парламент утвердил «на жизнь» Генриху VI.

28. Бэкон Ф. Соч. В 2 т. М., 1972. Т. 2. С. 416.
15

Конфискация земель помогла увеличить доход с королевских имений с 6 471 ф. ст. при Эдуарде IV до 13 633 ф. ст. в год29. В дальнейшем земли будут поступать в королевский домен двумя способами: при помощи Звездной палаты (Star Chamber), и через исчиторов, то есть через парламент. В письме, адресованном исчиторам, направляемым в Уэльс, становится ясной политика Генриха по отношению к выморочным землям: «после смерти держателя, в случае, если не останется прямого мужского потомства… необходимо передать указанные земли в распоряжение королю и его наследникам для получения прибыли с них»30. Наследники же при передаче земель обязались получать владение лишь при уплате файна королю. Эта традиция существовала и до восшествия на престол Генриха. При новом короле процедура выявления выморочных земель усовершенствовалась, а количество исчиторов — увеличилось. Таким образом, доход от прав феодальных опек и разрешений на брак вырос с 353 ф. ст. в 1487 г. до 6 163 ф. ст. в 1507 г.31

29. Dietz F. H. Op. cit. P. 21.

30. Letters and papers, Richard II and Henry VII / Ed. J. S. Brewer, R. H. Brodie and J. Gairdner. V. 1. L.,1857. Р. 65—68.

31. Dietz F. H. Op. cit. P. 31
16

Три года спустя, в феврале 1488 г., Генрих добился от парламента установления новых налогов для оказания помощи герцогу Бретани в войне против Франции. Якобы, король субсидировал армию в 10 тыс. лучников. Общины вотировали сумму в 75 000 ф. ст. на содержание этой армии. Данная сумма должна была сложиться из подоходного налога в размере 10 % со всех свободных землевладельцев32; налога на прибыль со всех маноров, замков, земель, сдаваемых в наем, доходных домов, рент, контор; налога на движимое имущество — для всех, кто обладал личными вещами33, стоимостью более 10 марок в размере 20 пенни с каждых 10 марок34. Данный налог собирался королевскими чиновниками. Однако удалось собрать лишь сумму в 48 000 ф. ст. (по некоторым оценкам — 27 000 ф. ст.)35. Недовольство новым подоходным налогом вылилось в волнения на севере Англии, в Йорке и Дархеме. Народ отказался платить какой-либо другой налог на ведение войны, кроме скутагия, который был установлен еще Великой хартией вольностей в 1215 г.36 Тогда парламент вотировал королю прежние десятины и пятнадцатые части. Налог на лучников не был единственной попыткой Генриха VII ввести новый прямой налог: он добился, чтобы ему вотировали субсидию на те же цели, спустя четыре года. Но когда в 1488 г. эта затея потерпела неудачу, то Генрих добился от парламента утверждения билля о государственной измене, по которому в дальнейшем было осуждено 8 тыс. человек, подозреваемых в мятеже.

32. Ранее в Англии имелся необлагаемый минимум в виде дохода до 40 ф. ст.

33. Сюда не включались одежда налогоплательщика, его жены и челяди, все необходимые в хозяйстве инструменты и вещи, денежные сбережения, корабли и такелаж, однако налог затрагивал все товары, которыми владели купцы, Налогом облагались ювелиры, лавочники, пивовары, а также те, кто обладал произведениями искусства, кто продавал, менял или покупал вещи (товары), с целью извлечения выгоды.

34. Нортумберленд, Кэмберленд и Уэстморленд были освобождены от уплаты данного налога.

35. Dowell St. A history of taxation and taxes from the earliest times to the year 1885. L., 1888. V. I. Р. 87.

36. Scutage — щитовая подать — нерегулярный налог, собиравшийся с держателей рыцарских ленов взамен их личной службы в армии короля. Первоначально носил характер феодальной повинности, позднее трансформировался в относительно регулярно собираемый налог на земельные владения рыцарей. Резкое повышение ставки щитового сбора в период правления Иоанна Безземельного стало одной из причин восстания баронов против короля, завершившегося подписанием Великой хартии вольностей, которая запретила произвольное взимание монархом щитовых денег. При Эдуарде I ставка налога в два фунта применялась исключительно к земельным держаниям рыцарей, тогда как сумма взноса с владений баронов согласовывалась с королём. В XIV в. значение щитовых денег для пополнения королевской казны значительно снизилось, а в 1340 г. Эдуард III отказался от права монарха единолично определять размер налогов, перейдя к системе субсидий, вотируемых английским парламентом.
17

Король мог решать и финансовые вопросы, помимо парламента, прибегая к займам, носившим по существу принудительный характер, так называемые беневоленции (benevolences) — произвольные и бесконтрольные поборы с населения, введённые Эдуардом IV в качестве «обязательных подарков королю» (по принципу: «король берёт всё, что хочет и сколько захочет»). Ричард   III  отменил их. Однако впоследствии ему пришлось ввести систему добровольного кредитования по облигациям «государственных   займов», условия которых отличались от беневоленций тем, что погашение  займов  было гарантировано и совершалось точно в указанный на облигации срок. Генрих при помощи Эмпсона и Дадли прибегал к займам по облигациям (payments by obligations). Согласно сведениям Ф. Ч. Дица, если в 1504 г. эти займы составили около 3 000 ф. ст., то в следующем году они возросли в 10 раз.

18

Настойчивое внедрение регламентации, в том числе и в бытовой сфере, преследовало прежде всего фискальные интересы, так как нарушение Статутов каралось штрафами. Генрих VII, подобно Эдуарду IV, использовал взимание штрафов-залогов на сумму от 100 до 10 тыс. фунтов, чтобы принудить своих подданных к тому, что он считал приемлемым поведением. «Для взимания штрафов существовала целая система контролеров, надзирателей и судей, — утверждал М. Берсфорд, — причем наибольший интерес представлял институт доносчиков, получавших долю штрафа»37. Наконец, Генрих VII торговал должностями, включая высшие судебные посты. Он дважды продал должность высшего судьи Суда общих тяжб, причем за высокую цену. Король также продал должности королевского прокурора, хранителя свитков и спикера Палаты общин38.

37. Beresford M. W. The common In former, the Penal Statutes and Economic Regulation // HER. Decemb., 1957. P. 221.

38. История Великобритании. Под ред. Моргана К. О. М., 2008. С. 105.
19

Генрих понял, что угрозой войны можно приобрести гораздо больше, чем самой войной. Он добился согласия парламента на введение налога на войну с Францией и, собрав небольшую армию, в 1492 г. высадился в Кале и осадил Булонь. Затем Генрих вступил в переговоры с французским королем Карлом VIII, который, будучи не в состоянии противостоять одновременно Испании, Священной Римской империи и Англии, был вынужден откупиться от английского монарха. По договору в Этапле Генрих получил от Франции 620 000 экю в возмещение расходов, понесенных Англией в Бретани, к тому же, согласно договору в Пикиньи, он получил дополнительно 125 000 экю39. В результате Генрих выиграл вдвойне. Подобно Эдуарду IV, он не только регулярно получал значительные субсидии от Франции, платившей за то, чтобы английские войска не пересекали пролив, но и собирал в Англии налоговые поступления для войны с ней40.

39. Morgan S. A. The history of parliamentary taxation in England. Williams college, 1911. Р. 78.

40. Hall H. Ibid. P. 111.
20

Надо сказать, что на двенадцатом году правления парламент вотировал Генриху субсидии в размере 120 000 ф. ст., то есть сразу две пятнадцатые части41. В 1504 г. Генрих получил от парламента разрешение на сбор т. н. «помощи» (aid) в размере 36 000 ф. ст. — субсидии по случаю бракосочетания его старшей дочери.

41. Dyer Ch. Taxation and communities in late medieval England. L., 1947. P. 45.
21

Ранее уже упоминалось о том, что в Англии сложилась такая уникальная ситуация, при которой большая часть городов относилась к королевским землям. Города становятся мощной опорой королевской власти. Согласно данным Ф. Бэкона, города заплатили короне в качестве фирмы в год, когда собирался последний парламент при Генрихе VII, около 5 000 марок42.

42. Tyler W. The history of the taxation of England with an account of the rise and progress of the national debt. L., 1853. Р. 10—11.
22

Короли из династии Йорков часто использовали Privilege of purveyance and preemption — сборы на содержание королевской свиты с жителей той провинции, где она в данный момент присутствовала43. Генрих VII не отменил эту старую привилегию, которая благополучно просуществовала до 1660 г.

43. Privilege of purveyance and preemption — прерогатива Короны на принудительную покупку с/х продуктов и купеческих товаров по определенной королевскими чиновниками цене, а также на обеспечение лошадьми в пользу королевского хаусхолда и на содержание армии. Платили за них ордерами на Казначейство. Данная система приводила к большим злоупотреблениям королевских чиновников, которые перепродавали полученные таким образом товары по более высоким ценам. Отчеты Казначейства часто упоминают, что чиновникам давали взятки, лишь бы избежать вымогательств. Эдуард I делегировал эту привилегию шерифам.
23

Основатель новой династии не смог преодолеть историческую традицию, в соответствии с которой король и хаусхолд должны жить за счет денег, поступивших в королевскую палату. Собственные доходы короля, хотя и возросли с 32 000 ф. ст. в 1485 г. до 200 000 ф. ст. в 1540 г., однако же, согласно записям казначея королевской палаты, 145 000 уходило на оплату жалования судьям, чиновникам, солдатам, министрам, королевским слугам и на гардероб44.

44. Dietz F. H. Finances of Edward VI and Mary. L., 1918. P. 57.
24

Обратимся теперь к системе финансового администрирования. Все министры Генриха VII были лично выбраны королем за их способности, усердие, проницательность и верность, — еще одна модель, которую почти всегда воспроизводили его потомки. Сэр Томас Ловелл был назначен Казначеем королевской Палаты. Все доходы от новых земель короля поступали его главному помощнику — Джону Герону, который к концу правления Генриха VII станет Казначеем.

25

Фундамент новой финансовой системы был заложен во многом благодаря деятельности таких доверенных людей короля, как Рейнольд Брей, Ричард Эмпсон и Эдмунд Дадли. Брей являлся канцлером герцогства Ланкастерского. Эмпсон в 1491 г. был избран спикером Палаты общин, в 1503—1509 гг., после смерти Рейнольда Брея, занимал должность канцлера герцогства Ланкастерского. Эдмунд Дадли, служивший в лондонском муниципалитете помощником шерифа, попал в поле зрения короля в связи с регулированием торговли шерстью с Фландрией. В 1491 г. он был избран депутатом от округа Льюис, графства Суссекс. В 1492 г. помогал вести переговоры о заключении мира с Францией. Вскоре Дадли сделался ответственным за сбор пошлин с города Кале. В 1504 г. он был избран спикером Палаты общин и Президентом королевского Совета. Благодаря такой системе, соответствующие документы никогда не выходили из рук монарха и немногих избранных45. Такая система ничем не была обязана парламенту; она зависела исключительно от Тайного совета. Ничто не ускользало от проницательного взгляда Генриха VII, а деньги не утекали из его хватких рук. Сохранившиеся книги Палаты, главные документы центра административной координации при Генрихе, подписаны, а значит, проверены (каждая страница и даже каждая запись) самим королем — лучшим предпринимателем из всех когда-либо сидевших на английском престоле46.

45. История Великобритании. Под ред. Моргана К. О. М., 2008. С. 107.

46. Муха М. В. Монетные реформы в эпоху Тюдоров. СПб., 2002. С.17.
26

Во времена, предшествующие правлению первого Тюдора, государство не имело достаточного количества квалифицированных чиновников и в результате сборщиком налогов становился, как правило, откупщик. На откуп обычно отдавались косвенные и чрезвычайные налоги. Прямые налоги, носившие регулярный характер, чаще всего собирала община47. Инструкции, касающиеся учета, обложения и взимания налогов королевскими чиновниками, были официально оформлены Ричардом III48. Для взимания налогов от каждого графства избирались два или более человек из числа рыцарей или сквайров, которые, ежегодно перемещаясь по графству, собирали налоги в пользу короля. При Генрихе VII сборщиками налогов становятся не просто люди из числа мелких землевладельцев, бесстыдно наживающиеся на сборе налогов с держателей, но люди, сведущие в законах и соблюдающие их («learned men in the law»). Сборщики не отчитывались перед Казначейством. Генрих требовал от них предоставления ежегодных деклараций об изъятых налогах, которые они предоставляли в Лондон между двумя двунадесятыми праздниками: Сретением (начало февраля) и Вербным Воскресеньем (конец марта — начало апреля).

47. Dietz F. G. Ibid. P. 39

48. A remembrance made for the more hasty levy of the King’s revenues // Letters and papers. Richard III and Henry VII…V. I. P. 85.
27

Генрих VII не был новатором в финансовой сфере, но он доработал процедуру сбора налогов и распределения денег на потребности правительства таким образом, чтобы лично контролировать казну. Фрэнсис Бэкон описывал в своем сочинении методы, которыми изымались налоги в правление Генриха VII. Существовала так называемая дилемма Мортона49, которая оправдывала повышение налогового гнета при короле Генрихе: если подданный живет скромно и экономит, то он может позволить себе уплату налогов, если же он транжира и живет в роскоши, значит, очевидно, что он богат и налоги не будут для него тяжким бременем50.

49. Джон Мортон, епископ Или (ум. 1500), соратник и один из главных советников Генриха VII. В 1486 г. стал архиепископом Кентерберийским, а в 1493 г. назначен кардиналом; с 1487 г. и до конца жизни занимал должность канцлера Англии.

50. Бэкон Ф. Указ. соч. С. 520.
28

Среди исследователей преобладает мнение о том, что Генрих увеличил количество должностных лиц (officials) и тем самым позволил процветать взяточничеству и казнокрадству. При этом невозможно предположить, что Генрих совсем не знал или знал совсем мало о тех должностных преступлениях, которые позволяли себе его министры51.

51. Latters and papers, foreign and domestics of the reign of Henry VIII. Ed. by J. S. Brewer. V. I. L., 1862. Preface. P. CV.
29

Рассмотрим далее проблему, связанную с развитием торговли, и таможенную политику Генриха VII. Придя к власти, монарх обнаружил, что экспортная торговля Англии находится в руках торговых компаний: двух английских (купцы-авантюристы с центром в Антверпене и стаплеры с центром в Кале) и двух иностранных (ганзейцы, обосновавшиеся в лондонском Стилярде и венецианцы). В 1490 г. была введена дополнительная пошлина, так называемый налог на вина Мальвазии, размером в 18 шил. на каждый батт (126 галлонов,) импортируемые в основном венецианцами. Новый монарх с его сомнительным правом на престол не решался на отмену торговых привилегий купцам Стилярда (отменены лишь в 1662 г.)52. Однако, он начал открывать новые рынки для английских купцов. Весьма успешной оказалась политика Генриха по отношению к Франции. В 1486 г. с Францией был заключен договор, который предусматривал свободную торговлю английских купцов в последующие 20 лет. В 1489 г. был заключен торговый договор с Данией, положивший конец монопольной торговле Стилярда в Скандинавии. Возрождение английских привилегий в Норвегии (г. Берген), нератифицированный договор с Ригой в 1499 г. также были направлены на ликвидацию господства Ганзы на Балтийском море. В 1490 г. между Англией и Флоренцией заключен торговый договор, согласно которому Англия обязалась предоставить Флоренции монополию на торговлю шерстью в Италии. Этот период можно назвать упадком Италии в производстве текстиля. Король Испании Фердинанд V изгнал из страны многих рабочих по производству шерсти, потому что они являлись по происхождению сарацинами. Подписанный с Филиппом Бургундским, а также с Венецией, Флоренцией, Нидерландами и Ганзой Великий договор (Intercursus Magnus) в феврале 1496 г. оформил долгосрочный англо-бургундский военно-политический союз и установил свободу торговли между двумя странами. Свидетельством установления прочных дружественных отношений между Англией и Бургундией стала личная встреча Филиппа и короля Генриха VII в Кале в 1500 г53. Договор с Нидерландами 1506 г. позволял английским купцам беспошлинно торговать сукном.

52. Маркова С. П. Английские купцы-авантюристы. СПб., 2011. С. 34—36.

53. Dietz F. G. English Public Finance 1558—1641. L., 1964. Р. 37.
30

При Генрихе VII начинает развиваться торговля сукном, и, напротив, угасает торговля шерстью. В 1497 г. парламентский акт официально признал кампанию купцов-авантюристов, которые специализировались преимущественно на вывозе товаров мануфактурного производства в отличие от стаплеров, торговавших «сырой» шерстью. Взнос для тех, кто желал присоединиться к обществу, был снижен с 20 ф. ст. до 10 марок. Роль стапельных городов падает, о чем ясно свидетельствует петиция кардиналу-министру Генриха от купцов-суконщиков54. В Кале вывозная пошлина на шерсть была увеличена с 6 шил. 8 пенсов до 40 шил за сак (300 мешков), и составила четверть от стоимости товара, что сделало вывоз сырья совершенно невыгодным для купцов. В результате произошло перераспределение в экспорте: вместо шерсти купцы вынуждены были покупать готовые полотна. Этот факт дал возможность историкам говорить о протекционистской политике Генриха. На самом же деле, в первые годы повышение пошлин повлияло на торговлю с континентальными государствами не в лучшую сторону. Французские купцы, ранее вывозившие до 2000 саков в год, теперь могли позволить себе не более 400 саков. Поэтому Кале начинает приходить в упадок, и Испания перехватывает ведущие позиции в торговле.

54. Hall H. F. Op. cit. P. 38.
31

Статуты Генриха VII поддерживали сложившиеся в области купеческого права традиции, а, следовательно, поощряли введение «новых» повышенных пошлин для тех купцов, которые хотели беспрепятственно торговать на территории Англии. Таможенные пошлины, отнюдь не всегда взимавшиеся на государственных границах, при Генрихе VII сложились в некую упорядоченную систему и были закреплены законодательно. На должности сборщиков в портах назначал лично Лорд-казначей. За несколько лет до смерти Генриха, в 1507 г. была утверждена Книга таможенных ставок (Book of rates) для купцов Лондона. Благодаря утверждению новых таможенных пошлин, удалось увеличить доход в 1497—1507 гг. до 40 132 ф. ст. в год55. Доход короны от таможенных сборов в несколько раз превышал доходы от прямого налогообложения земли. Впоследствии он станет одним из основных источников формирования королевской казны. Огромная работа, проделанная Генрихом VII по унификации, национализации, а также включению новых таможенных пошлин облегчила в дальнейшем создание новой налоговой системы при Елизавете I.

55. Dietz F. Ch. English Government finance. 1485—1558. Illinois, 1921. P. 25.
32

Король никогда не тратил деньги без необходимости. Единственное, на что он тратил их с удовольствием, так это строительство торгового флота. Генрих VII учредил специальные субсидии для строительства кораблей. Собственно, королевский флот был невелик — 40—50 кораблей. Однако монарх в минуту опасности мог потребовать, чтобы к нему присоединились корабли купцов и других частных владельцев, что в несколько раз усиливало мощь английского флота. Средства на его содержание — «корабельные деньги» собирали с населения всех прибрежных графств и портовых городов. Навигационный акт 1489 г. запрещал английским купцам нанимать иностранные судна, если английские оставались незаполнены, и лишь английские суда могли ввозить иностранные товары.

33

Большое значение для экономического развития Англии сыграли монетные реформы Генриха VII. Известно, что Англия была бедна серебром. Правительство издавна принимало меры против утечки серебра из королевства. Уже в 1486 г. оно выпустило статут, обязывавший иностранных купцов, продавших свои товары в Англии, вывозить не полученные ими деньги, а товары английского производства. Статут 1487 г. уточнил требования: запрещалось вывозить монеты и слитки из Англии56.

56. Oman C. The coinage of England. 1931. P. 122.
34

Генрих VII еще был далек от понимания денег как эквивалента обмена. Деньги по-прежнему рассматривались им как собственность государя. Прокламация от 15 июня 1486 г. содержала запрет на нелицензионный обмен денег. Впервые шиллинг как реальная монета чеканена в 1502 г. в царствование Генриха VII (под названием «тестон»). Она имела общий вес 9, 33 грамм и содержала 8, 68 граммов чистого серебра.

35

Для лучшего обеспечения монетного двора металлами правительство в 1486 г. утверждает специальную комиссию для контроля за добычей золота, свинца, серебра и олова в Англии и Уэльсе. В состав комиссии вошли: герцог Бедфорд, графы Оксфорд, Девон, Нортумберленд, канцлер Англии епископ Мортон. Таким образом, деятельность рудников попала в сферу контроля короны. Эти рудники стали сдаваться в аренду: в мае 1486 г. рыцарь Р. Виллоуби получил в аренду на 12 лет все шахты в Корнуэлле и Девоне, с водами, реками и мельницами, чтобы добывать золото, серебро, свинец и медь, выплачивая королю каждый двенадцатый короб, а сэр Севейдж получил на 7 лет «свинцовые шахты графства Дерби за годовую плату в 26 ф. 13 шил. 4 пенса57.

57. Муха М. В. Указ соч. С. 27—28.
36

В 1487 г. третий парламент Генриха утвердил акт об очистке серебра, в котором указывалось, что плавильщики могут очищать серебро только для монетных дворов и для нужд ювелиров. Таким образом, был установлен контроль над деятельностью плавильщиков, ограничена утайка серебра и возможность им спекулировать.

37

Подводя итоги финансовой политики Генриха VII, следует сказать, что после его смерти в казне осталось около 2  млн. ф. ст., что равнялось государственному доходу за 15 лет. Основные направления финансовой политики: уменьшение общего количества налоговых сборов, с одновременным увеличением доли уплаты налогов городами; изменение соотношения экспорта одежды и шерсти, которое очень сильно повлияет на становление и развитие мануфактурного производства в Англии; Генрих VII сумел заключить ряд договоров, способствующих развитию британской торговли и ликвидации господства Ганзы на Балтийском море. усиление личного контроля короля над системой взимания налогов с населения путем привлечения к должностям лично преданных Генриху людей (не обязательно знатного рода) Генрих поставил во главу своей финансовой системы Дворцовую казначейскую палату, и, по сути дела, превратил Тайный совет в постоянно действующий при короле орган. В его руках и руках приближенных министров, членов Тайного совета, сосредоточилась вся основная финансовая документация; контроль добычи и выплавки драгметаллов.

References



Additional sources and materials

  1. Bradbury A. R. Economic growth of England in the Later Middle Ages. Cambridge, 1956.
  2. Britnell R. The Closing of the Middle Ages? England, 1471—1529. L.: “Blackwell Publishers”, 1997.
  3. Cannan E. The history of local rates in England. 2-nd ed. L., 1912.
  4. Dietz F. Ch. English Government finance. 1485—1558. Illinois, 1921.
  5. Dietz F. G. English Public Finance 1558—1641. L., 1964.
  6. Dietz F. H. Finances of Edward VI and Mary. L., 1918.
  7. Dowell St. A history of taxation and taxes from the earliest times to the year 1885. L., 1876. V. I.
  8. Dyer Ch. Taxation and communities in late medieval England. L., 1947.
  9. Goodman A. A History of England from Edward II to James I. L., 1977.
  10. Hall H. F A history of the custom-revenue in England from the earliest times to the year 1827. L., 1885.
  11. Latters and papers, foreign and domestics of the reign of Henry VIII. Ed. by J. S. Brewer. V. I. L., 1862.
  12. Letters and papers, Richard II and Henry VII / Ed. J. S. Brewer, R. H. Brodie and J. Gairdner. V. 1. L., 1857. Beresford M. W. The common In former, the Penal Statutes and Economic Regulation // HER. Dec., 1957.
  13. Morgan S. A. The history of parliamentary taxation in England. Williams college. 1911.
  14. Oman C. The coinage of England. 1931.
  15. Original documents, illustrative of the courts and times of Henry VII and Henry VIII selected from the private archives of his Grace the Duke of the Rutland / ed. by W. Jerdan. L., 1844.
  16. Starkey D. Henry, Virtuous Prince. London, 2008. Chapter 16. Biography of Henry VII & VIII.
  17. Stubbs W. The Constitutional History of England. Oxford, 1878. Vol. 2.
  18. The reign of Henry VII from contemporary sources. By A. F. Pollard. V. II. London, New-York, Bombay and Calcutta, 1914.
  19. Tudor Constitutional Documents 1485—1603 with an historical commentary by J. R. Tanner. L.: “Cambridge univ. press”, 1922.
  20. Tyler W. The history of the taxation of England with an account of the rise and progress of the national debt. L., 1853.
  21. Vergilius, Polydorus: Historia Anglica. Leiden, 1649. Lib. XXVI.
  22. Baash. Eh. Istoriya ehkonomicheskogo razvitiya Gollandii v 16—18 vv. M., 1949.
  23. Baranov Yu. V. Kupecheskie khartii v Anglii v nachale XIV v. // Srednie veka. Vyp. 55. 1992.
  24. Behkon F. Soch. V 2 t. M., 1972. T. 2.
  25. Gutnova E. V. Gorod, byurgerstvo i feodal'naya monarkhiya // Gorod v srednevekovoj tsivilizatsii Zapadnoj Evropy. M., Nauka, 2000.
  26. Istoriya Velikobritanii. Pod red. Morgana K. O. M., 2008.
  27. Kazakov I. V. Stanovlenie novoj monarkhii: aristokratiya i korolevskij dvor. Avtoref. diss. kand. ist. nauk. Samara, 1999.
  28. Markova S. P. Anglijskie kuptsy-avantyuristy. SPb., 2011.
  29. Mukha M. V. Monetnye reformy v ehpokhu Tyudorov. SPb., 2002
  30. Petti U. Traktat o nalogakh i sborakh. Verbum sapienti slovo mudrym. Raznoe o den'gakh. M., 1997. S. 37.
  31. Rodzhers T. Istoriya truda i zarabotnoj platy v Anglii s XIII po XIX vv. SPb., 1899.
  32. Shtokmar V. V. Ocherki po istorii Anglii XVI veka. L., 1957.